Сергей Гермаш

Вы снова смотрите в телефон. Экран темный. Вы только что проверили звук — он работает. Проверили сеть — всё в порядке. Прошло три часа. Или шесть. Или сутки. Время в этом ожидании течет иначе: оно густое, тягучее, пустотелое. Вы ждете. Его звонка. Его сообщения. Хоть какого-то знака, что вы существуете в его реальности. А в это время где-то там, за пределами этой тюрьмы ожидания, идет жизнь. Та самая, которая должна была быть вашей. Давайте разложим по минутам этот процесс, который кажется «просто чувствами». 1. Крадется время. Но не абстрактное. Каждый час ожидания — это: Вы платите за ожидание самой дорогой валютой — невозвратными отрезками своей единственной жизни. 2. Стирается личность. Любовная зависимость действует как кислотный туман: Вы постепенно становитесь приложением к его непостоянному вниманию. Спросите себя честно, прямо сейчас: «Кем я стала за это время?» Не «что я чувствую», а именно кем я стала. Зависимость — это не стояние на месте. Это движение назад. Пока вы стоите

Вы снова смотрите в телефон. Экран темный. Вы только что проверили звук — он работает. Проверили сеть — всё в порядке. Прошло три часа. Или шесть. Или сутки. Время в этом ожидании течет иначе: оно густое, тягучее, пустотелое. Вы ждете. Его звонка. Его сообщения. Хоть какого-то знака, что вы существуете в его реальности. А в это время где-то там, за пределами этой тюрьмы ожидания, идет жизнь. Та самая, которая должна была быть вашей. Давайте разложим по минутам этот процесс, который кажется «просто чувствами». 1. Крадется время. Но не абстрактное. Каждый час ожидания — это: Вы платите за ожидание самой дорогой валютой — невозвратными отрезками своей единственной жизни. 2. Стирается личность. Любовная зависимость действует как кислотный туман: Вы постепенно становитесь приложением к его непостоянному вниманию. Спросите себя честно, прямо сейчас: «Кем я стала за это время?» Не «что я чувствую», а именно кем я стала. Зависимость — это не стояние на месте. Это движение назад. Пока вы стоите