Валентина Островская

Когда я был ребёнком, я собирал модели танков и самолётов нацистской Германии. Я был очарован камуфляжем и формами, я развешивал их по комнате, я играл с ними. Над моей кроватью разворачивались воздушные битвы, на полках гремела Курская битва. По ночам я видел как мои немецкие самолеты и танки бьются с советскими, объятые клубами дыма и грохотом пулеметов. А потом родители усадили меня перед телевизором, чтобы я посмотрел "Помни имя своё", советский фильм о концлагере "Освенцим", история о матери и сыне, потерявшихся там. Я увидел бульдозер, закатывающий в ров тела как кучу дров. Я увидел бараки полные голода и боли, увидел колонны сгорбленных людей, молча бредущих под лай собак. В тот вечер, когда мои родители тихо сидели позади меня, я осознал весь ужас войны. Меня спросил, есть ли у меня вопросы, я сказал что нет. Вопросы были, но я был слишком потрясен, чтобы говорить. Я пошел в свою комнату и разломал танки и самолеты со свастикой, которые так бережно собирал. Сейчас это