Татьяна Бороздина

- Кого там в такую рань принесло? – удивилась Глафира, услышав, как стукнула калитка. – Неужто Клавдия с каким-нибудь поручением прибежала… - Глаша задернула занавеску на печи, где спали дети, и вышла. Как же она удивилась, увидев у крыльца одетую в черную плюшевую телогрейку, закутанную в платок, Наталью Никитичну Гурьянову. Опираясь на палку, она все равно стояла прямо, как солдат на посту. Глаша не сразу узнала, потому как еще не рассвело, и только тусклый свет от окна ее дома падал на крыльцо, вот и поняла, кто перед ней. Начало здесь: Солдатка (глава 1) | Ясный день | Дзен - Ой, батюшки, а что же это вы… Наталья Никитична, не признала сразу вас в темноте… доброго вам утречка. - Уж не знаю, будет ли оно тебе доброе… Здравствуй, Глафира, где тут присесть мне? - Так чего же на улице, в избу, в избу проходите… - Дети дома? - А где же им быть, дома… Мишу-то моего, может слыхали… - Глаша сразу скривила губы, приготовившись плакать. - Слыхала, как же не услышать, ты же наша, Орешинская,

На усадьбу Усольцевых опустились сумерки. Воздух был наполнен ароматом соснового леса и дымком от мангала. Молодёжь уютно расположилась вокруг, кто-то грел руки, кто-то задумчиво разглядывал танцующие языки пламени. Таня, глядя на тлеющие угольки, будто погрузившись в свои мысли, проговорила: — Хорошо как. Ребята, а огонь действительно завораживает. Вот так бы смотрела на него и смотрела. В нем есть какая-то первобытная, первозданная сила, которая успокаивает и в то же время будоражит. Сева, подбросив в мангал новую ветку, поддержал её: — Это точно. Смотришь на огонь, и все тревоги куда-то уходят. Кажется, что он всё сжигает, всё плохое, и взамен отдает тепло и свет. Особое это чувство – сидеть так, смотреть на пламя, и знать, что рядом друзья. Зоя, прислонившись спиной к спинке стула, улыбнулась: — А я вот думаю, сколько историй этот огонь повидал? Сколько людей собирались вокруг него в далекие времена. Может, наши предки тоже сидели вот так, глядя на костёр, и делились своими мечтами

Витя улыбнулся, глядя, как Валя осторожно, боясь спугнуть доверие Звёздочки, заходит обратно в сарай. Он сходил к колодцу, принёс два полных ведра воды — холодной, прозрачной, переливающейся на солнце. Поставил их у крыльца, отыскал в сенях тряпку — старую, но чистую — и отдал Вале. — Я пока дров наколю, — сказал он. — А вы, если что, зовите. Предыдущая глава: https://dzen.ru/a/adPrRqIVo0oHudID Валя кивнула, закатала рукава и принялась за дело. Витя отошёл к поленнице, взял колун, но работать не мог — то и дело поглядывал на окна. Видел, как за мутным стеклом мелькает её тень, как она тянется к верхним углам, вставая на цыпочки. Ему захотелось подойти, помочь, достать туда, до чего она не достаёт, но Витя сдержался. «Не мешай, — сказал он себе. — Пусть делает – это бабья работа и она ей, видно, в радость». Витя отвернулся и всерьёз принялся за работу. Дрова летели в стороны, щепки разлетались, пот выступил на лбу. Витя работал споро, с тем же усердием, что и в поле, но мысли его были д