Евгений Гамазов

Друзья, приветствую! Сегодня поговорим о продукте, который объединяет поколения не хуже фамильного серебра. О гречке. Да-да, о той самой каше, запах которой у любого, кто служил или хотя бы бывал на 9 Мая у полевой кухни, вызывает моментальный приступ ностальгии. Вот скажите, почему именно гречка? Круп-то в природе много. Рис есть, пшено, перловка, овсянка. А спросите любого про солдатскую еду - и он вам опишет одну картину: котёл, дымок, гречневая каша и сверху щедрая ложка тушёнки. Откуда такая монополия? Сейчас разберёмся. Начнём с главного. Солдату на передовой или на учениях не до высокой кухни. Ему нужна энергия. Много, надолго, без капризов. И вот тут гречка выходит на сцену как идеальный кандидат. Смотрите сами. В ней полно сложных углеводов - это топливо, которое не сгорает за 10 минут, а держит работоспособность часами. Добавьте жир и мясо - получите полноценный обед, который реально помогает пережить тяжёлый день. А не просто набить желудок чем попало. И ещё момент. Гречка -

"Почему сегодня Петя просыпался десять раз? Потому что он сегодня поступает в первый класс". Эти строчки из стихотворения "В школу" Агнии Барто знали все советские дети. Друзья! В День знаний давайте вспомним, как проходил этот праздник в Стране Советов, какими были первоклассники второй половины XX века. А помогут нам в этом красочные советские открытки из коллекции Рязанского историко-архитектурного музея-заповедника. Например, вот о каком уроке географии мечталось в 1961 году, когда началась эра полётов человека в космос. До 1935 года в нашей стране не было единой даты начала учебного года. Так, в деревнях школы могли открываться только поздней осенью. Потом установили обязательную длительность учебного года, который начинался 1 сентября. День знаний учредили только в 1984 году, но и прежде к первому учебному дню относились как к празднику. Накануне 1 сентября в семьях школьников готовилась парадная форма. Для девочек - шерстяное коричневое платье и выходной хлопчатобумажный белый

В начале 1980-х годов батон хлеба в любом советском магазине стоил 13 копеек, и эта цифра не менялась годами, несмотря на неурожаи, рост затрат на транспорт и хронические проблемы в сельском хозяйстве, что само по себе уже должно вызывать вопросы у любого человека, хоть немного знакомого с логикой реальной экономики. Цена не реагировала ни на плохую погоду, ни на провалы планов, ни на износ техники, потому что она не была отражением реальной стоимости, а являлась элементом большой административной конструкции, в которой цифры на ценниках имели скорее политическое, чем экономическое значение. Идея о том, что советские цены были справедливыми и доступными, прочно засела в коллективной памяти, потому что люди десятилетиями видели одни и те же цифры и воспринимали это как знак стабильности и заботы государства. Отсутствие заметной инфляции создавало ощущение уверенности в завтрашнем дне, а фиксированные ценники воспринимались как гарантия того, что завтра хлеб, молоко и крупы не станут дор

В пантеоне советских символов мороженое занимает место где-то между первым спутником и победой в хоккее. Для миллионов людей фраза «в СССР было самое вкусное мороженое» — это не просто кулинарное предпочтение, а неоспоримая аксиома. Считается, что оно было абсолютно натуральным, делалось строго по ГОСТу и не имело аналогов в мире. Но так ли всё было однозначно? Был ли «вкус детства» результатом уникальных технологий или мы просто забыли о нюансах производства и логистики того времени? О том, как рождался главный холодный миф страны, мы ежедневно рассказываем в нашем сообществе ВК: https://vk.com/sovetnews. Главный парадокс «советского» мороженого заключается в том, что его фундамент был заложен в США. В 1936 году нарком пищевой промышленности Анастас Микоян отправился в Америку, чтобы закупить оборудование для массового производства продуктов питания. Он привез оттуда не только линии для консервов, но и технологию промышленного производства мороженого. До этого в СССР мороженое было ку

Советская промышленность - одна из самых передовых в мире, занимавшая второе место в мире, производила все, что может потребоваться государству. Правда, почему-то среди этого всего как-то не очень получалось с такими мелочами как джинсы или красивая мебель. Но зато комбайнов «Нива», «Колос» и «Сибиряк» производилось столько, что сборщики металлолома до сих пор, через 35 лет заката СССР не собрали по полям «останки былой высокоразвитой цивилизации». А сколько «былая высокоразвитая цивилизация» производила комбайнов?! И второй вопрос – а зачем вообще их в СССР столько производили?! Если вы застали советские времена, то наверное, помните, что по телевизору регулярно показывали телепередачу «Сельский час» (в 12:00 каждое воскресенье). Одним из ведущих этой передачи был журналист и писатель Юрий Черниченко, собкор «Правды» по сельскохозяйственной тематике. В одном из своих очерков на тему советских комбайнов (очерк «Комбайн косит и молотит», сборник «Вокруг комбайна», Москва, 1987 год)он за

Летом 1926-го на северной окраине Сталинграда, где до этого росли арбузы, торжественно забили первый колышек будущего завода. Чертежи делало бюро Альберта Кана - того самого американца, который проектировал заводы для Ford. Сумма контракта оценивалась в 30 млн вечно зелёных, а поставляли станки и материалы больше сотни компаний из США. По факту весь завод собрали за океаном, потом разобрали, перевезли и заново поставили на Волге за шесть месяцев. Первый трактор СТЗ-1 выехал из ворот 17 июня 1930-го - это была переделка американского McCormick Deering 15/30. За десять лет завод разогнался так, что к лету 1940-го с конвейера сошло более 230 000 машин. Это больше половины всех тракторов, работавших тогда на полях страны. А еще раньше, в 38-м, гусеничный СТЗ-НАТИ взял Гран-При на Всемирной выставке в Париже. С началом войны вместо тракторов пошли Т-34 - до трехсот машин в месяц. Конвейер замолчал лишь 13 сентября 1942-го, когда стреляли уже прямо на территории цехов. После восстановления,