Евгений Енин

Эта песня проста и незамысловата, но именно в этом сила её воздействия. Она сумела объединить без преувеличения миллионы судеб — тех, кто когда-то её или играл сам, или слушал на улице, во время застолья или на плёнке. По телевидению такое не транслировали. «Тополя» распространялись методом сарафанного радио, от одного гитариста-любителя к другому... «Тополя, тополя, все в пуху. Потерял я любовь – не найду…» Эти пронзительные строки знакомы в нашей стране многим, кто ещё помнит дворовые посиделки под гитару. Песня, полная романтической грусти и светлой тоски, сама по себе разлетелась по Советскому Союзу, став частью коллективной памяти целого поколения. Её передавали из уст в уста, слегка меняя слова, но сохраняя узнаваемую надрывную интонацию. «Тополя все в пуху» можно было услышать всюду: вечером во дворах и на лавочках, в походе у костра, в студенческих общежитиях. Тот, кто умел три аккорда сложить с душещипательными словами, мгновенно становился душой компании. В этой мелодии — сож