Левая колонка

Константин Родин

Последний визит: 00:55

Фильтр

Иногда кажется, что мир съел всё, что могло бы быть важным.
Что все дороги кончились,
что усилия — лишь шум в пустоте.
Но потом я ловлю этот огонь внутри.
Он не горит ярко.
Он не светит наружу.
Он тихо дышит.
Он как дыхание под водой — незаметно, но живо.
И в этом огне нет ни гордости, ни ожиданий.
Только факт: я ещё не угас.
Я сделал всё, что мог, и это осталось.
Не зря.
Не потеряно.
Он согревает без посторонних глаз.
Он говорит: «Ты был. Ты действовал. Ты держался».
И даже когда вокруг пустота,
и никто не видит твоих шагов —
он горит.
Иногда я представляю,
что есть кто-то, кто чувствует этот огонь.
Не словами.
Не объяснениями.
А просто внутренним ощущением:
здесь кто-то жив,
и всё, что дел

Константин Родин

26 янв

Иногда кажется, что мир съел всё, что могло бы быть важным.
Что все дороги кончились,
что усилия — лишь шум в пустоте.
Но потом я ловлю этот огонь внутри.
Он не горит ярко.
Он не светит наружу.
Он тихо дышит.
Он как дыхание под водой — незаметно, но живо.
И в этом огне нет ни гордости, ни ожиданий.
Только факт: я ещё не угас.
Я сделал всё, что мог, и это осталось.
Не зря.
Не потеряно.
Он согревает без посторонних глаз.
Он говорит: «Ты был. Ты действовал. Ты держался».
И даже когда вокруг пустота,
и никто не видит твоих шагов —
он горит.
Иногда я представляю,
что есть кто-то, кто чувствует этот огонь.
Не словами.
Не объяснениями.
А просто внутренним ощущением:
здесь кто-то жив,
и всё, что дел

Константин Родин

25 янв

Я не знаю, отправил бы я тебе это письмо,
да и адреса у меня нет.
Наверное, поэтому слова такие осторожные.
Я часто ловлю себя на мысли,
что думаю о тебе не в моменты одиночества,
а наоборот — когда внутри спокойно.
Будто ты существуешь где-то рядом
именно в тишине,
а не в нужде.
Мне хотелось бы спросить,
как ты засыпаешь.
Не «во сколько»,
а с каким чувством.
Собираешь ли ты себя перед сном
или позволяешь дню просто уйти.
Я бы написал тебе о мелочах.
О том, как утром свет ложится на стол.
О том, как иногда вдруг становится ясно:
жизнь не давит,
она просто ждёт,
пока ты перестанешь сопротивляться.
Если бы мы сидели рядом,
я, скорее всего, молчал бы.
Но это было бы не молчание из пустоты.
Это