Предыдущая публикация
Левая колонка
Последний визит: 31 авг 2022
Фильтр
Александр Блок
СКИФЫ
Панмонголизм! Хоть имя дико,
Но нам ласкает слух оно...
Вл⟨адимир⟩ С⟨оловьев⟩
Мильоны — вас. Нас — тьмы, и тьмы, и тьмы.
Попробуйте, сразитесь с нами!
Да, Скифы — мы! Да, азиаты — мы, —
С раскосыми и жадными очами!
Для вас — века, для нас — единый час.
Мы, как послушные холопы,
Держали щит меж двух враждебных рас —
Монголов и Европы!
Века, века ваш старый горн ковал
И заглушал грома лавины,
И дикой сказкой был для вас провал
И Лиссабона и Мессины!
Вы сотни лет глядели на Восток,
Копя и плавя наши перлы,
И вы, глумясь, считали только срок,
Когда наставить пушек жерла!
Вот — срок настал. Крылами бьет
СКИФЫ
Панмонголизм! Хоть имя дико,
Но нам ласкает слух оно...
Вл⟨адимир⟩ С⟨оловьев⟩
Мильоны — вас. Нас — тьмы, и тьмы, и тьмы.
Попробуйте, сразитесь с нами!
Да, Скифы — мы! Да, азиаты — мы, —
С раскосыми и жадными очами!
Для вас — века, для нас — единый час.
Мы, как послушные холопы,
Держали щит меж двух враждебных рас —
Монголов и Европы!
Века, века ваш старый горн ковал
И заглушал грома лавины,
И дикой сказкой был для вас провал
И Лиссабона и Мессины!
Вы сотни лет глядели на Восток,
Копя и плавя наши перлы,
И вы, глумясь, считали только срок,
Когда наставить пушек жерла!
Вот — срок настал. Крылами бьет
Михаил Лермонтов
ПРЕДСКАЗАНИЕ
Настанет год, России черный год,
Когда царей корона упадет;
Забудет чернь к ним прежнюю любовь,
И пища многих будет смерть и кровь;
Когда детей, когда невинных жен
Низвергнутый не защитит закон;
Когда чума от смрадных, мертвых тел
Начнет бродить среди печальных сел,
Чтобы платком из хижин вызывать,
И станет глад сей бедный край терзать;
И зарево окрасит волны рек:
В тот день явится мощный человек,
И ты его узнаешь — и поймешь,
Зачем в руке его булатный нож:
И горе для тебя! — твой плач, твой стон
Ему тогда покажется смешон;
И будет все ужасно, мрачно в нем,
Как плащ его с возвышенным челом.
ПРЕДСКАЗАНИЕ
Настанет год, России черный год,
Когда царей корона упадет;
Забудет чернь к ним прежнюю любовь,
И пища многих будет смерть и кровь;
Когда детей, когда невинных жен
Низвергнутый не защитит закон;
Когда чума от смрадных, мертвых тел
Начнет бродить среди печальных сел,
Чтобы платком из хижин вызывать,
И станет глад сей бедный край терзать;
И зарево окрасит волны рек:
В тот день явится мощный человек,
И ты его узнаешь — и поймешь,
Зачем в руке его булатный нож:
И горе для тебя! — твой плач, твой стон
Ему тогда покажется смешон;
И будет все ужасно, мрачно в нем,
Как плащ его с возвышенным челом.
О чем шумите вы, народные витии?
Зачем анафемой грозите вы России?
Что возмутило вас? волнения Литвы?
Оставьте: это спор славян между собою,
Домашний, старый спор, уж взвешенный судьбою,
Вопрос, которого не разрешите вы.
Уже давно между собою
Враждуют эти племена;
Не раз клонилась под грозою
То их, то наша сторона.
Кто устоит в неравном споре:
Кичливый лях, иль верный росс?
Славянские ль ручьи сольются в русском море?
Оно ль иссякнет? вот вопрос.
Оставьте нас: вы не читали
Сии кровавые скрижали;
Вам непонятна, вам чужда
Сия семейная вражда;
Для вас безмолвны Кремль и Прага;
Зачем анафемой грозите вы России?
Что возмутило вас? волнения Литвы?
Оставьте: это спор славян между собою,
Домашний, старый спор, уж взвешенный судьбою,
Вопрос, которого не разрешите вы.
Уже давно между собою
Враждуют эти племена;
Не раз клонилась под грозою
То их, то наша сторона.
Кто устоит в неравном споре:
Кичливый лях, иль верный росс?
Славянские ль ручьи сольются в русском море?
Оно ль иссякнет? вот вопрос.
Оставьте нас: вы не читали
Сии кровавые скрижали;
Вам непонятна, вам чужда
Сия семейная вражда;
Для вас безмолвны Кремль и Прага;
Пришла зима, засыпав нежным снегом,
Еще не умершую, желтую траву.
Притихший город, распрощался с летом.
Но на деревьях видно, кое-где листву.
И в этих жухлых, отголосках лета,
Согретых нежным, летним ветерком.
Пытались мы найти, тот лучик света,
Который нас ласкал своим теплом.
В них накопилось столько нежности, любви,
Что кажется, они нас защитят от стужи.
Но город спит, горят неоном лишь огни.
И листьев тусклый свет, уж никому не нужен.
Те чувства, что весной, внезапно так возникли,
Нам согревали сердце, в трудные года.
С приходом холодов, они как листья, сникли,
Осталась нам в наследство только боль одна.
Еще не умершую, желтую траву.
Притихший город, распрощался с летом.
Но на деревьях видно, кое-где листву.
И в этих жухлых, отголосках лета,
Согретых нежным, летним ветерком.
Пытались мы найти, тот лучик света,
Который нас ласкал своим теплом.
В них накопилось столько нежности, любви,
Что кажется, они нас защитят от стужи.
Но город спит, горят неоном лишь огни.
И листьев тусклый свет, уж никому не нужен.
Те чувства, что весной, внезапно так возникли,
Нам согревали сердце, в трудные года.
С приходом холодов, они как листья, сникли,
Осталась нам в наследство только боль одна.
На этом пока всё
Войдите в ОК, чтобы посмотреть всю ленту
27
- александр чурбановг. Лениногорск (Лениногорский район)
- Ольга Кузнецова (Кислова)г. Истра (Истринский район)
- Юрий ХрамовичГродно
1
- Наш город - Слоним! (новости и другое) √18694 подписчика