Де бурбон Марина

Роман Толстого принято читать как историю роковой страсти, нравственного выбора и трагической любви. Но за этим каноническим прочтением часто ускользает главное: «Анна Каренина» — текст, в котором женщина существует не как субъект, а как носитель морали. Она — не столько человек, сколько испытание для системы. И потому её гибель оказывается не случайностью, а логическим финалом. В мире Толстого у женщины есть только два допустимых сценария. Первый — путь Китти: тихое счастье, материнство, растворение в семейной добродетели. Второй — путь Анны: выход за пределы правил и немедленное превращение в ошибку, которую необходимо устранить. Женщина, позволившая себе быть счастливой вне брака, подрывает всю конструкцию общественных ценностей. А значит, она должна исчезнуть — ради сохранения порядка. Если бы этот роман писала женщина, она начала бы с другого фокуса. Не с того, как Анна выглядит в глазах мужчин, а с того, как она чувствует себя внутри собственной жизни. В классическом тексте Ан

Друзья, делюсь ценной заметкой дулёвской заводской газеты «Новатор». Кто-нибудь видел перечисленные в тексте скульптуры Галины Озолиной «Эсмеральда» из «Собора Парижской Богоматери» В. Гюго, и «Дон Кихот со своим оруженосцем», «Ивана» из сказки «Конёк-Горбунок», образы молодогвардейцев Л. Шевцовой и О. Кошевого? Белов Б. Герои любимых книг в фарфоре // Газета «Новатор», орган парткома, завкома и управления Дулёвского фарфорового завода им. газета «Правда», 1958. – №5 (152) от 31 января. – С. 1. Художники нашего завода часто обращались к произведениям русской и мировой литературы. В скульптурной мастерской и живописном цехе недавно появилось много скульптурных произведений из серии «Герои любимых книг». Скульптор А. Д. Бржезицкая, много и плодотворно работавшая над этой тематикой и раньше, создала целую серию замечательных скульптур. Как живые вышли из книги смелые мушкетеры. Скульптура интересна по композиции: На корешке книги с надписью «Три мушкетера» стоит д’Артаньян с кубком, Атос,