Галина Рощина-Карабатова

После своего триумфального воцарения в Киеве в 980 году, князь Владимир Святославич не мог долго почивать на лаврах, ведь его положение по-прежнему оставалось хрупким, на Русь со всех сторон наступали внешние враги, внутри страны тоже было много недовольных центральной властью, к тому же князь Владимир был не прочь расширить границы своего государства, для чего ему нужна была лучшая на тот момент времени дружина, которую он создал заново. Дружина князя Владимира в походе, миниатюра из Радзивилловой летописи. Встав у руля власти, Владимир Святославич совершил поступок, который многим его современникам показался безумием, он выплатил вознаграждение своей варяжской дружине и отправил её в Византию, где она составила элитный отряд варангов, но князь Владимир знал, что делает, он избавлялся от наиболее дорогостоящего и крайне нелояльного ему элемента своей армии, а также положил конец практике массового найма иностранных наёмников на русскую службу, начав строительство полностью национально

Представьте себе город, где кипели философские диспуты, где астрономы сверяли координаты звезд, а врачи писали трактаты, которые будут изучать в Европе через пятьсот лет. Город, население которого превышало миллион человек, а рынки ломились от товаров со всего света — от скандинавского янтаря до китайского шелка. Это был Багдад XIII века — «Город мира» (Мадинат ас-Салам), сердце Аббасидского халифата и интеллектуальная столица планеты . Зимой 1258 года этот мир превратился в пепел и руины. Армия под предводительством внука Чингисхана Хулагу за две недели сделала то, что не удавалось ни одной армии мира столетиями. Но главный вопрос, который мучает историков по сей день: как цветущая цивилизация за считанные дни превратилась в братскую могилу для сотен тысяч человек? И почему это событие до сих пор отзывается эхом в современном мире? К середине XIII века Багдад оставался лишь тенью своего былого политического могущества, но сохранял колоссальный культурный и символический вес. Халиф

4 июля 1187 года. Раскалённый воздух дрожал над выжженной равниной Ухатина, где около 20 тысяч крестоносцев, ещё до того, как началась битва. умирали от жары и жажды. Они шли всю ночь без воды в полном вооружении по безводной пустыне. Их вёл иерусалимский король Гиделузиньян, человек, которого современники назвали слабым и нерешительным. Им противостояла армия султана Саладина, отдохнувшая, с полными бурдюками, готовая к бою. Саладин приказал поджечь сухую траву, и едкий дым поплыл в сторону измученных крестоносцев. Рыцари в раскалённых доспехах задыхались. Кони падали от обезвоживания. Когда мусульманская кавалерия ударила, сопротивление было сломлено почти мгновенно. Элита христианского востока погибла за один день. Великий магистр тамплиеров был казнён лично Саладином. Король Гиделузиньян попал в плен. Но самое страшное произошло с главной святыней – Животворящим Крестом Господня. Реликвия попала в руки мусульман. 2 октября того же года Саладин вошёл в Иерусалим. Папа Григорий VII н

Великий князь Дмитрий Иванович скончался 19 мая 1389 года. Честь по чести наследовал ему 17-летний сын Василий Дмитриевич. Еще не зрелый муж, но уже не мальчик. И вот с ходу он получил первый кризис своего княжения: «Того же лета князю великому Василию Дмитриевичу бысть розмирие со князем с Владимером Андреевичем. Князь же Владимер с сыном с князем с Иваном и с своими бояры старейшими поеха в свои град Серпохов, а отьтуда в Торжек, и тамо пребысть неколико время в Теребеньском». То есть: Владимир Андреевич Серпуховской с сыном и боярами отъехал из Москвы в свой удел, а оттуда в новгородские владения. Вполне возможно, что эти бояре были теми самыми, которых повелел схватить еще Дмитрий Иванович, но, видимо, отпустил их сам. А может быть сидели они до вокняжения Василия – много у нас неизвестного. С какими словами и/или руганью отъехал князь Владимир, мы не знаем. Кто-то видит в этом эпизоде попытку дяди захватить великий стол. Но я думаю: это не так. Судя по финалу «розмирья» конфликт б