Валентина Дорофеева

Он ехал в деревню медленно, почти на ощупь, хотя дорогу знал с детства. Сердце ныло, будто чувствовало что-то важное, что ждало его за старым поворотом у берёзовой рощи. Когда-то здесь бегал босиком, ловил стрекоз, помогал отцу носить воду из колодца, а мать пекла хлеб в маленькой печи, напевая тихие песни. Потом была жизнь в городе, бизнес, деньги, бесконечная суета, дорогие костюмы и холодные разговоры. Потом болезнь матери, её редкие звонки и тихий голос, в котором пряталась боль. Он нанял сиделку из детдома по совету соцслужб, переводил деньги, но всё откладывал поездку, словно боялся увидеть старость и немощь той, что когда-то была для него целым миром. Дом стоял на том же месте, но казался меньше, ниже, будто врос в землю. Крыша посерела, забор перекосился, трава у крыльца выросла густой и дикой. Он остановил машину, долго сидел, не решаясь выйти. В груди теснились воспоминания и чувство вины. Наконец открыл дверь, вдохнул запах сырой земли и старого дерева, пошёл по узкой тро