Лариса Гущенко

Июнь 1982 года. По испанской дороге мчится чёрный кадиллак, за рулем которого восседает сам 78-летний Сальвадор Дали с безумными глазами и фирменными закрученными усами. На заднем сиденье в шёлковом платье и больших солнцезащитных очках размещается его жена Гала. Она словно дремлет, откинувшись на спинку. Только дремать она уже не может – Гала мертва. Художник везёт ее тело к замку Пуболь, нарушая все законы Испании о транспортировке покойных. Ему плевать на законы: без этой женщины его жизнь все равно закончена. А началась она летом 1929 года на пляже в Кадакесе, когда 25-летний Сальвадор впервые увидел спину 35-летней русской эмигрантки Елены Дьяконовой, известной всем как Галá. «Есть в ней что-то от ведьмы», – шептались друзья поэта Поля Элюара, первого мужа Гала. Они буквально её ненавидели и называли выскочкой, а ещё хищницей и самозванкой. Гала «Чума» – это прозвище приклеилось к ней намертво. Она могла плюнуть в лицо человеку, который её раздражал. Безжалостная к себе и другим,