ЕЛЕНА ИВКО́ВА

Имя Зины Портновой часто ставят в один ряд с юными пионерами-героями, такими как Валя Котик и Марат Казей. На многочисленных памятниках и плакатах ее изображают школьницей в пионерском галстуке. Однако, при всей справедливости восхищения ее мужеством, называть Зину пионеркой на момент совершения подвига — историческая неточность. Это была не ребенок, а почти совершеннолетняя девушка, сознательно выбравшая путь борьбы и принявшая мученическую смерть за Родину в возрасте, когда до ее 18-летия оставался всего один месяц. Зинаида Мартыновна Портнова родилась 20 февраля 1926 года в Ленинграде, в семье рабочих, переехавших в город на Неве из Витебской области Белоруссии. Несмотря на жизнь в большом городе, связь с малой родиной не прерывалась: каждое лето девочки Зина и ее младшая сестра Галя проводили у родственников в деревне Зуи. Лето 1941 года не стало исключением. 12 июня 15-летняя Зина и 7-летняя Галя отправились в Белоруссию. Родные, желая порадовать детей, устроили их в пионерский ла

Март 1944 года. Освобожденный концлагерь Озаричи. Среди погибших и едва живых людей стоит маленькая, пятилетняя девочка. На голове вместо платка — обмотанная мужская рубаха, снятая с замерзшего тела. Ее лицо — маска из грязи и страданий. Но в ее глазах — недетская мудрость и леденящий душу взгляд, в котором отразился весь ужас войны. Это Вера Курьян. В этот момент советский фотокорреспондент наводит на нее объектив, не зная, что этот снимок станет бессмертным символом трагедии и несгибаемой воли к жизни. Ее детство оборвалось в два года. Счастливая жизнь в белорусской деревне Подветка рухнула с приходом немцев. Фашисты начали свой террор: жгли дома, расстреливали людей. Во время одной из облав произошло чудо. «Мама лежала на земле, прикрыв нас собой, — вспоминала Вера Сергеевна. — Сосед подумал: «Убили!» Вдруг видит: я выползла. Уставилась на немца и, что с ребенка возьмешь, заулыбалась. Немец посмотрел пристально, опустил автомат и... заиграл на губной гармошке». Эта детская улыбка, в