Ольга Березина

Старая европейская аристократия — не совсем обычные люди. У них есть своего рода небольшая негласная привилегия — в своих высказываниях по разным острым социальным вопросам они могут быть честнее, чем публичные политики. НИ поговорили с потомком «железного канцлера» Александром фон Бисмарком. Александр Егоров Таких аристократов, конечно, тоже могут пробовать травить мейнстримные СМИ, зачислить в нерукопожатые и применять к ним прочие инструменты «культуры отмены». Только у представителя старой аристократии ко всему этому своего рода иммунитет, до него оруэлловской медийной отменялкой не дотянешься. Может себе позволить говорить правду. Потомок знаменитого «железного канцлера», создателя единой Германии Александр фон Бисмарк тоже может себе позволить говорить правду. Его общественная деятельность крепко связана с Россией, он создатель проекта «Бисмарк-диалог», посвященного укреплению русско-германских связей. Обозреватель «Новых Известий» встретился с ним, чтобы услышать, что думает о п

Нас учили, что создателями СССР были Владимир Ленин и Иосиф Сталин. Позволю привести отрывок из анекдота. «Корреспондент спрашивает жену: – Кто у вас глава семьи? – Муж. – Кто ведет семейный бюджет? – Я. – Кто решает, что надо купить из одежды? – Я. – Кто решает, что нужно приобрести из предметов длительного пользования? – Я. – Так почему же муж глава семьи? – Ну как же, он же с друзьями решает глобальные вопросы, кто будет премьером Англии, кого избирать президентом США». Согласно Конституциям РСФСР и СССР верховной властью в стране был Съезд Советов, а в перерывах между ними ВЦИК – Всесоюзный Центральный исполнительный комитет. Можно предположить, что главой государства был председатель ВЦИК: так, наверно, считал Яков Свердлов – первый председатель ЦИК РСФСР. Но он прожил недолго. Затем этот пост в РСФСР и позже в СССР занимал Михаил Калинин, но всерьез главой государства его никто не считал. Фактически было два руководящих поста: председатель СНК – Совета народных комиссаров (Правит

21 ноября 1935 года в Советском Союзе произошло событие, которое многие современники восприняли как гром среди ясного неба, а другие — как закономерное возвращение к имперскому величию. В стране, еще недавно гордившейся отменой всех чинов и званий, где к командиру дивизии обращались просто «товарищ комдив», вдруг появились маршалы. Это был не просто новый титул. Это был сигнал всему миру: эпоха революционной вольницы закончилась, на сцену выходит регулярная, мощная и иерархически выстроенная военная машина. Первыми обладателями высшего звания стали пятеро человек. Их имена знала каждая собака в СССР, их портреты висели в школах и казармах, а мальчишки во дворах спорили, кто из них круче рубит шашкой. Климент Ворошилов, Михаил Тухачевский, Семен Буденный, Александр Егоров, Василий Блюхер. «Великолепная пятерка» 1935 года. Их судьбы переплелись в такой тугой узел из славы, амбиций, побед и трагедий, что любой голливудский сценарист позавидовал бы этому сюжету. Но что стояло за этим решен

Меня не раз спрашивают: почему Европа веками проявляет не просто предвзятость, но именно ненависть к России? И сегодня этот вопрос расширяется: почему та же ненависть вспыхивает и на постсоветском пространстве? Почему в Прибалтике, на Украине, в ряде других бывших советских республиках всё чаще звучит тезис, будто Россия — оккупант, а советская эпоха — это якобы история угнетения и колонизации? — задается вопросом известный историк Евгений Спицын. С точки зрения историка, свидетеля и исследователя этих процессов, я должен сказать: всё это — не историческая правда, а сознательная манипуляция, направленная на разрушение исторической памяти и легитимности русского мира, уверен Спицын и доказывает свою точку зрения на конкретных и стоических примерах. Начнём с того, что все те территории, которые вошли в состав Советского Союза, за исключением разве что Галиции, уже находились в составе Российской империи с XVIII века. Возьмём Прибалтику. Часть этих земель — Эстония и север Латвии — вошла