ГС М

Город Припять был построен для атомщиков. Молодой, красивый, с парком аттракционов, дворцом культуры, бассейном и речным портом. В 1986 году здесь жили 47 500 человек — средний возраст жителей не достигал и тридцати лет. Город планировали расширять, строить новые кварталы. Колесо обозрения в парке должно было открыться 1 мая — праздник уже планировали. Оно так и не открылось... Авария случилась 26 апреля. Через тридцать шесть часов город эвакуировали. Сегодня это колесо — один из самых узнаваемых символов ядерной катастрофы. Оно ржавеет в заросшем парке, так и не покатав ни одного ребёнка. Ночью 26 апреля 1986 года взорвался четвёртый энергоблок Чернобыльской АЭС. Первыми на место прибыли пожарные — обычные люди, которым не сказали правды о том, с чем они столкнулись. Они работали без защиты, получая смертельные дозы радиации, думая, что тушат обычный пожар. Именно первые пожарные и часть сотрудников станции получили максимальные дозы радиации — в том числе несовместимые с жизнью. Это

Смотришь со стороны - вроде бы зима уже устала. Солнце поднимается выше, на южных склонах снег чуть темнеет, с крыш редких зимовий по полудню тянутся тонкие сосульки. Где-нибудь на открытом месте даже может пахнуть сырой корой и будущей водой. Но стоит шагнуть под ели и сразу понимаешь: весна здесь пока только гостья. Настоящая хозяйка все еще зима. В тот день тайга стояла тихая, плотная, будто прислушивалась к чему-то своему. Снег лежал глубокий, тяжелый. На ветках шапки, под которыми старые пихты сгибались, как уставшие люди. Узкая дорога, больше похожая на промятую лыжню для техники, петляла между деревьями и уходила к реке. По этой дороге неторопливо шел снегоход. За рулем сидел Трофим Лыков, местный охотник. В деревне его знали давно: немногословный, крепкий еще мужик, с лицом, которое ветер и мороз обтесали лучше любого ножа. Ему было чуть за пятьдесят, но в тайге возраст считают не по паспорту. Считают по тому, как человек слышит лес, как читает след, как умеет вернуться домой,