Лидия Сытник

Когда хочется бросить тарелку на пол, но ты сдерживаешься — это она. Саморегуляция. Суперсила, с которой не рождаются, но которую можно развивать. И чем раньше начать, тем крепче будут её корни. Саморегуляция — это способность управлять своими эмоциями, телом и импульсами. Когда малыш не бьёт тебя, хотя устал — это она. Когда ты не кричишь на малыша, хотя он тебя ударил — снова она. У детей до 3 лет почти нет саморегуляции. У взрослых… ну, по-разному. И это тоже важно понимать. 👶 1 год — швырнул игрушку, потом посмотрел: «А это точно можно?» 👶 2 года — уже может иногда остановиться, прежде чем разнести всё вокруг. 👶 3 года — появляются первые ростки самоконтроля. Если рядом есть взрослый с терпением и любовью. 💡 1. Будьте опорой, а не судьёй Когда малыш кричит — он не капризничает, он не справляется. Назовите его чувства, будьте рядом. 💡 2. Режим и предсказуемость Если ребёнок знает, что будет дальше, у него меньше перегруза. А значит — больше внутреннего контроля. 💡 3. Телесны

🧠 Движение — это основа всего. Даже чтобы увидеть предмет, нужно, чтобы глаз прошёлся по его контуру. Даже речь — это движение. Даже мысль… ну, вы поняли, всё начинается с телесного. Сензитивный период развития движений начинается с самого рождения и продолжается до 4,5–5 лет. Пик — около двух лет. Именно тогда малыш хочет двигаться больше, чаще и сложнее, чем когда-либо. 📌 Это тот самый период, когда: – вчера он не мог стоять, – сегодня уже штурмует табурет, – а завтра будет перетаскивать по квартире полуторалитровую бутылку воды (личный пример). Первые движения — это не прыжки и танцы под музыку. Сначала — удержание головы, потом — перевороты, ползание, сидение, стояние, а уж потом — марш-бросок по дому. ⚠️ Ускорять этот процесс не нужно! Сажая ребёнка раньше времени или водя его за руки, мы рискуем: – перегрузить не готовые к нагрузке мышцы и связки, – навредить опорно-двигательной системе, – лишить ребёнка важнейших этапов развития, таких как ползание (а это, между прочим, разв

Мария держала в руках список. Обычный список, написанный от руки на обороте квитанции за электричество: «Утка. Картошка с розмарином. Пирог с вишней. Свечи (не ароматические). Скатерть белая». Почерк был её, но казался чужим — слишком старательным, слишком ровным. Так пишут, когда боятся, что текст прочтут посторонние. Хранительница семейного уклада перечитала список в третий раз и поняла, что забыла вписать вино. Или не забыла. Просто вино — это уже не обязательно. Раньше муж сам выбирал, стоял у стеллажа в магазине, щурился на этикетки. Теперь он говорит: «Возьми любое красное». Любое красное — это когда всё равно. За три дня до этого сын Андрей позвонил сам. Редкость. Мария даже испугалась — так бывает, когда взрослые дети звонят без повода. Но повод был: он хотел предупредить заранее. — Мам, я в субботу не смогу. Совещание в шесть, потом ужин с партнёрами. Мария стояла у окна, смотрела на двор. Внизу женщина выгуливала таксу. — Это же папин день рождения, — сказала Мария. Не с упрё