Валентина Красненкова(Ридзель)

Молния на переполненном чемодане разошлась с мерзким треском. Ангелина тихо выругалась, с силой запихнула выпирающий край шерстяного свитера обратно и дернула собачку заново. В комнате душно пахло ее любимым парфюмом — чем-то густым, от чего у Глеба теперь постоянно першило в горле. Он сидел в старом вольтеровском кресле, намертво вцепившись пальцами в деревянные подлокотники. Настолько сильно, что ладони онемели. Его ноги, затянутые от лодыжек до бедер в массивные пластиковые крепления, вытянулись неестественно прямо. — Ну скажи хоть что-нибудь, — Ангелина наконец выпрямилась, тяжело дыша. На ее шее краснели пятна раздражения. — Сидишь и молчишь, как сыч. Делаешь меня виноватой! — А что ты хочешь услышать? — голос Глеба прозвучал сухо, словно чужой. — Пожелать счастливого пути? — Я не нанималась в сиделки! — выпалила она, подхватывая сумку. — Пойми ты, мне двадцать три! Я хочу нормальную семью, на выходных в горы ездить, танцевать. А с тобой что? Только рецепты выкупать да коляску по