Екатерина Дроздова

Дождь в Петербурге никогда не бывает просто осадками. Это всегда либо вызов, либо приговор. Для Андрея Воскресенского, владельца крупного строительного холдинга, этот вечер стал приговором. Он стоял у своей машины, припаркованной в темном переулке за зданием администрации, и лихорадочно хлопал себя по карманам дорогого пальто из кашемира. Пусто. Внутри всё похолодело. В этом кожаном бумажнике ручной работы было не просто «состояние» в понимании обычного человека. Там лежали наличные для специфического задатка — десять тысяч долларов, которые должны были «открыть двери» в завтрашней сделке. Но гораздо страшнее была потеря документов: паспорт, водительские права, уникальные банковские ключи-токены и, главное, маленькая флешка с зашифрованными протоколами безопасности. — Черт, черт, черт! — Андрей ударил кулаком по крыше автомобиля. Без этих документов сделка всей его жизни, к которой он шел десять лет, рассыплется как карточный домик через двенадцать часов. Телефон, как назло, сел еще ча

❗Помогаем информационно❗ Лютик жил в любви и заботе, домашний, холёный, ласковый до невозможности. Он умеет обнимать человека лапочками, подставляет под поцелуи не только макушку, но и пузико. Добродушный, доверчивый. Первые три года жизни у него была замечательная хозяйка, а Лютик у неё вместо ребёнка: залюбленный, задаренный игрушками, на прекрасном корме. Но жизнь внесла свои коррективы и хозяйки не стало. Кто-то из её знакомых сначала приезжал Лютика кормить, а потом выпустил во двор. То ли навещать больше не могли, то ли квартиру продавали. Мы встретили Лютика у подвала. Голодный, мокрый после дождя, он попытался подойти к еде, которую мы принесли для бездомных кошек. Но тут же был ими отогнан и сиротливо спрятался за кустом. Сходили за дополнительной едой и мисочкой и для него. Стали выяснять, чей он и откуда, так и узнали, что теперь котофей – бездомный. Приходили кормить его каждый день. Кошки по-прежнему не пускали новенького в подвал, однажды даже сильно подрали. И, видимо,