Елена Громко

В феврале-марте 2026 года сразу в десяти российских регионах — Новосибирской, Омской, Томской, Свердловской, Самарской, Пензенской областях, Забайкальском крае, Чувашии, Якутии и Республике Алтай — прошли массовые изъятия и уничтожение крупного рогатого скота. Официальная причина — вспышки пастереллеза и бешенства. По оценкам аналитического центра «Аналитика.Бизнес.Право», было ликвидировано от 87,5 до 90,5 тысячи голов. Прямой ущерб составил 1,59 миллиарда рублей, непокрытые потери фермеров — ещё 368,2 миллиона. Как это происходило на местах Фермеры описывают происходившее однотипно: анализы у животных не брали, документы не предъявляли, изъятие проводилось даже в отсутствие хозяев, акты не составлялись. В селе Новоключи уничтожили почти 200 голов, включая новорождённых телят. При этом крупный «Племзавод Ирмень», связанный с депутатом Юрием Булгаковым, продолжал работу в штатном режиме. Глава Центра правопорядка Александр Хаминский назвал действия властей противоправными: по статье 35

В последний раз проверяя статистику, я наткнулся на цифры, которые ставят в тупик: американцы в среднем живут 76-78 лет, россияне — 72,8 (и то если посмотреть по сторонам, кажется, что цифра завышена). При этом в США почти 40% населения страдает ожирением, медицина стоит как космический корабль, а людей без страховки могут не принять даже в скорую. Как же так получается, что страна фастфуда и миллионных счетов за лечение обгоняет нас по продолжительности жизни? Марк из Детройта рассказал мне историю, которая объясняет всё лучше любой статистики. Его соседу поставили диагноз диабет 2-го типа. Месячное лечение — $1,200. Дом у соседа стоит $180,000. Простая арифметика: за 15 лет лечения можно потерять дом. "Знаешь, что он сделал? Сел на жёсткую диету, начал бегать каждый день, похудел на 40 кило и вылечился за полгода. Бесплатно", — говорит Марк. "Но не потому что он такой сознательный. Просто банкротство — это хуже смерти в Америке". В этом весь парадокс американской медицины: она настол

В 1983 году врачи поставили неутешительный диагноз еще не родившемуся малышу, предрекая задержку в развитии. А потом этот «отстающий» ребенок в четыре месяца от роду заговорил. Для семьи Кирни это стало началом удивительного пути с рекордами, славой и неожиданными поворотами. Как сложилась судьба гения с IQ под 200 и кем он стал, когда слава стихла? История Майкла Кирни с самого начала пошла не по плану. Еще до его рождения врачи готовили родителей к худшему. Но вместо проблем с развитием у них 18 января 1984 года родился ребенок, который в четыре месяца от рождения стал произносить первые слова, а в шесть месяцев, сидя на приеме у педиатра, заявил: «У меня инфекция в левом ухе». К десяти месяцам он уже читал. Конечно, растить такого ребенка — задача не из легких. Его любознательность не знала границ, и родители, Кевин и Кэссиди, оказались в роли круглосуточных консультантов по всем вопросам мироздания :) Когда Майклу поставили диагноз СДВГ (синдром дефицита внимания и гиперактивности)