Он рассмеялся ей в лицо обидно, зло и бессердечно. И снял с её руки кольцо, которое дарил навечно. Суд их развёл и разделил всё пополам, кастрюли, плошки, паласы, кресла и дорожки. – Я рад, – сказал он судьям, – рад, что вы мне руки развязали…. И друг от друга пряча взгляд, сидели тихо люди в зале. И тут судья: – Скажите мне, откуда шрам у вас на шее? – Шрам?! Это память о войне... Шёл бой… снаряд рванул в траншее. И вспомнил он тот страшный год: закованную в лёд речонку. Не просто в лёд – кровавый лёд!– И медсестру, почти девчонку. Тогда спасла его она! Себя ни капли не щадила. Какая же была нужна ей хрупкой, сказочная сила! И будто бы очнулся враз. Сказал он, зал окинув взглядом: – Зачем н