Назим Мурадалиев

218 год до нашей эры стал поворотным моментом в противостоянии двух великих держав античного мира. Карфагенский полководец Ганнибал Барка предпринял то, что многие считали невозможным — провел многотысячную армию через заснеженные перевалы Альпийских гор в самое сердце территории противника. Этот маневр стал образцом военного искусства и стратегической смелости, застав римлян врасплох. Сам переход через Альпы был операцией беспрецедентной сложности. Армия Ганнибала, включавшая не только пехоту и конницу, но и боевых слонов, столкнулась с невероятными трудностями: крутые склоны, узкие тропы, внезапные снежные бури и нападения горных племен. По данным историка Полибия, из 50 000 солдат, начавших переход, лишь около 26 000 достигли равнин Северной Италии. Однако даже с этими ослабленными силами Ганнибал представлял серьезную угрозу для Рима. Первые столкновения с римскими войсками подтвердили гений карфагенского полководца. В битве при реке Тицин он разгромил кавалерию под командованием к

В середине III века Римская империя напоминала старого, больного гиганта, которого лихорадило в предсмертных конвульсиях. Этот период, который историки деликатно назовут «Кризисом третьего века», был настоящим адом на земле. Императоры сменялись чаще, чем времена года, обычно в результате очередного солдатского бунта, заканчивая свой путь с мечом в спине. Варвары со всех сторон, как стая голодных волков, рвали границы, чума выкашивала население целых провинций, а экономика, подорванная бесконечными войнами и порчей монеты, дышала на ладан. В этой мутной воде, где жизнь человеческая не стоила и ломаного денария, на поверхность всплывали либо самые хитрые, либо самые жестокие. Или те, кто сочетал в себе оба этих качества. Именно в такое время, где-то в 214 году, в Иллирии — суровой приморской провинции на Балканах — в семье бедного арендатора-колона родился мальчик. Его отцу, обрабатывавшему землю местного сенатора Аврелия, и в страшном сне не могло присниться, что его сын однажды надене

Колизей в массовом сознании часто воспринимается как древнеримский аналог современных цирков или спортивных арен. Однако не все римляне могли попасть туда просто по билету. Билеты действительно продавались, но лишь на часть мест. Лучшие места в Колизее были зарезервированы для императора, его приближённых, сенаторов и весталок — жриц богини Весты, которые не только посещали представления бесплатно, но и занимали самые почётные места. Иногда римские императоры устраивали бесплатные представления в Колизее, но они были доступны только полноправным римским гражданам. Иностранцы и вольноотпущенники в такие дни не допускались на трибуны. Некоторые категории римлян вообще не могли попасть в Колизей, даже если пытались купить билет: их не пропускала охрана. Эти категории включали могильщиков, актёров и бывших гладиаторов. Рабы могли присутствовать лишь в сопровождении своих хозяев. Такая дискриминация объяснялась статусом Колизея как культового сооружения. Хотя Колизей предназначался для масс