Екатерина Фандейчева

Когда инженер Андрей Соколов впервые приехал в Токио по рабочей командировке, он был уверен, что знает о Японии всё. Аниме, суши, самураи — стандартный набор представлений о Стране восходящего солнца. Но уже в первый день его картина мира треснула. В токийском метро Андрей увидел, как пассажиры стоят в идеальных очередях перед дверями вагона. Никто не толкается, не пытается пролезть без очереди. А когда поезд подошел, люди сначала выпустили всех выходящих, и только потом — организованно, по очереди — зашли сами. "У нас давно бы началась толкотня", — подумал Андрей, наблюдая эту сцену. Он попробовал пройти чуть левее, чтобы быстрее попасть в вагон — и тут же почувствовал на себе десятки неодобрительных взглядов. Нарушать порядок в Японии не принято. За три недели командировки Андрей открыл для себя страну, которая кардинально отличается от всех стереотипов. Это не музей традиций и не царство роботов — это живое общество со своими странностями, проблемами и удивительными решениями. Перво

Кажется, мы дожили до момента, когда терпение лопнуло окончательно. Те самые «неприкасаемые» звезды, годами диктовавшие свои капризные условия, вдруг обнаружили, что пьедестал под ними начал дымиться. Лариса Долина, чей голос звучал из каждого утюга, рискует стать символом старой, прогнившей системы, где личный имидж всегда был важнее простого человеческого долга перед своей публикой. Но то, что произошло на этой неделе, — не просто очередная склока в желтой прессе. Это похоже на публичную порку. Александр Бастрыкин, обычно говорящий сухим языком протоколов, выдал фразу, которая сейчас разлетелась по всей стране быстрее любого вируса. И в ней — жирный крест на карьере артистки, которая забыла, кому обязана своей славой. Скандал вокруг Ларисы Долиной перестал быть достоянием жёлтой прессы ещё пару дней назад. Но теперь он вышел на принципиально иной уровень — туда, где слова взвешивают на весах государственной необходимости. Обычно сдержанные в публичных высказываниях представители си