Александр Большаков

Когда я впервые услышал высказывания Николая Николаевича Губенко о советском прошлом, то словно нашёл единомышленника среди тех, кто не боится говорить правду. Последний министр культуры СССР, талантливый режиссёр и актёр открыто заявлял: современные антисоветчики пытаются превратить советскую историю в набор ужасов, но у них это не получается. Меня всегда поражало, как точно Губенко формулировал суть проблемы. Он видел насквозь тех, кто пытается представить советскую эпоху исключительно через призму негатива. Голод, холод, репрессии — вот весь их нехитрый набор аргументов. Но Николай Николаевич понимал: эти попытки разбиваются о простую человеческую память. Губенко часто отмечал любопытную вещь: молодёжь, приходившая в его театр, проявляла неподдельный интерес к советскому периоду. Это была не навязанная ностальгия, а естественное желание узнать правду о том времени. Николай Николаевич подчёркивал — в каждой семье хранятся воспоминания о советских годах, и эти воспоминания не вписыва

Есть в истории фигуры, которые словно созданы для того, чтобы ломать все наши представления о последовательности и логике. Вот вам история одна из таких — об Александре Зиновьеве. Философ мирового уровня, диссидент, которого обласкал Запад и лишила гражданства советская власть. Человек, который в молодости замышлял об устранении Сталина, а в зрелости признал величие сталинской эпохи. Как такое возможно? Неужели это очередной случай конъюнктурного перебежчика, который меняет взгляды в угоду времени? Нет. Зиновьев остался честным учёным до конца. Просто его научный анализ привёл к выводам, которые сам он не ожидал получить. Представьте: 1939 год, молодой Зиновьев участвует в подпольной группе, готовящей покушение на вождя. Его арестовывают за публичные выступления против культа личности. Потом война — он воевал на штурмовике Ил-2, честно и отважно, получил награды.. После войны Зиновьев становится крупным логиком и философом. Его работы признают на Западе. А потом он эмигрирует, станови