Александр Волков

До этой поездки я был уверен: такое возможно только в фантастических фильмах. Но реальность оказалась круче. Мы пробились через зимники Якутии и нашли этот «затерянный мир», чтобы показать вам. Добро пожаловать в Русское Устье. Точку на карте, где русские люди остались такими, какими были их предки в XVII веке. Добраться сюда - уже подвиг, который делит жизнь на «до» и «после». Летом - по воде, и то, если крутая Индигирка позволит. Зимой - только по льду, по одному из самых опасных в Якутии зимников Индигирка. Ты едешь час, два, десять - и кожей чувствуешь: привычная цивилизация заканчивается. Мы ехали, когда температура за бортом падала до минус пятидесяти. Стало ясно, как дорога сюда отсекает случайных людей и формирует совсем другой характер жизни, о котором стоит говорить отдельно. И вдруг, посреди этой снежной бесконечности, появляются крыши поселка. Люди, которые застряли в 1638 году Самое сильное ощущение, когда выходишь из машины - вокруг белым-бело. Люди из поселка встре

Северная Канада привыкла к тишине, но тишина бывает разной. Есть спокойная — привычная для здешних мест. А есть такая, которая настораживает, когда понимаешь: здесь должно быть шумно. Должны звучать голоса, греметь миски, бегать собаки, потрескивать огонь. Но 12 ноября 1930 года в маленьком поселении инуитов на берегу озера Ангикуни не было ни звука. Дома стояли открытыми, будто ждут хозяев, а внутри всё говорило о том, что люди исчезли внезапно — так внезапно, что даже еда успела остыть не полностью. Как такое возможно? Ангикуни было известно охотникам как удобная точка отдыха. Здесь жили инуиты — люди, умевшие выживать в условиях, где каждый день зависит от снега, рыбы и зверя. Они охотились, делили добычу, помогали тем, кто забредал в их край. Поэтому исчезновение всех жителей целиком — событие, которому трудно подобрать объяснение. Историю исчезновения первым увидел Джо Лабелль — охотник, зарабатывавший пушниной. Он нередко заходил в Ангикуни, и жители знали его как друга. Поэтому