Антонина Мусина

Дело было в детстве, когда случилась эта памятная история. На лето я гужевалась у бабушки, где сдружилась с девочкой с соседней улицы. Тот случай, который попугаям неразлучникам стоит ставить в пример! С первыми лучами солнца мы бежали в магазин за свежим хлебом, потом наведывались в чей-нибудь сад (бабушкам-то тяжело обрывать вишню, вот нас и приобщали к полезному делу), затем — игровая программа, долгие задушевные разговоры — и спать. Расставались только на ночь, а кушали у бабуль поочерёдно. В деревне нас стали воспринимать как единое целое, и даже прозвище дуэт получил — «Настяташка». Творческие дачники скрестили имена Наталья и Анастасия и сильно гордились собой. Не обижало нисколечко. Наоборот, мы хохотали! Так приятно было, что дружбу заметили и оценили. Однажды в гости приехал старший брат подружки. Столичный пижон привёз щенка стаффа, которого якобы собирался тренировать для подпольных поединков. Но недобросовестные заводчики подсунули вместо кобеля даму, и собачник-любитель о

Дело было в детстве, когда случилась эта памятная история. На лето я гужевалась у бабушки, где сдружилась с девочкой с соседней улицы. Тот случай, который попугаям неразлучникам стоит ставить в пример! С первыми лучами солнца мы бежали в магазин за свежим хлебом, потом наведывались в чей-нибудь сад (бабушкам-то тяжело обрывать вишню, вот нас и приобщали к полезному делу), затем — игровая программа, долгие задушевные разговоры — и спать. Расставались только на ночь, а кушали у бабуль поочерёдно. В деревне нас стали воспринимать как единое целое, и даже прозвище дуэт получил — «Настяташка». Творческие дачники скрестили имена Наталья и Анастасия и сильно гордились собой. Не обижало нисколечко. Наоборот, мы хохотали! Так приятно было, что дружбу заметили и оценили. Однажды в гости приехал старший брат подружки. Столичный пижон привёз щенка стаффа, которого якобы собирался тренировать для подпольных поединков. Но недобросовестные заводчики подсунули вместо кобеля даму, и собачник-любитель о

Зима в тот год пришла ранняя и злая. Уже в октябре ударили морозы, какие обычно бывают в зимние дни, и старый охотничий домик Егора Савельева, стоявший на отшибе у самого Черного лога, занесло снегом по самую крышу. Егор не жаловался. Он вообще не жаловался последние пять лет, с того самого дня, как жена Люба ушла в город к дочери — не выдержала лесной глуши, вечного безденежья и его тяжелого, молчаливого характера. Собрала вещи, сухо поцеловала в щеку и уехала на попутке до станции. Дочь Марина звонила раз в месяц, говорила про работу, про внуков, которых Егор видел только на фотографиях. Он слушал, поддакивал, а вечером садился к окну и долго смотрел в темноту. Домик был маленький, но крепкий — срубленный еще дедом из лиственницы, с низкими потолками и огромной печью, которая дышала жаром и уютом. Егор жил один. Собака, старая лайка Буран, ум..рла прошлой зимой, и он никого не завел больше. К чему? Сам себе хозяин, сам себе слуга. Дров наготовил на три зимы вперед, крупы закупил в

«Степка-растепка»‎ — пирог для истинных любителей песочного теста. Такой десерт к чаю точно понравится и взрослым, и детям. А готовится он довольно быстро из простых и понятных ингредиентов. Пошаговый рецепт смотрите в карточках. Хорошего вам чаепития ☺️