Светлана Рахманина

Утро 20 марта в деревне Козиха началось не с петухов, а с блокпостов. Полиция, ДПС и люди в белых костюмах и респираторах перекрыли въезд в село. Въехать можно было только по паспорту с местной пропиской. В самой деревне ветеринары уже поднимали на крюк тушу коровы, чтобы грузить в машину [из исходного текста]. Власти объявили: это последняя ферма, где изымают скот. Ситуация под контролем. Жители Козихи знают другое: их коровы были здоровы, документов о болезни им не показывали, а изъятие проходило в их отсутствие. Председатель КФХ «Водолей» Владимир Гуркин, когда журналисты попросили комментарий, ответил глухо: «Я не могу. Мне рекомендовано. Это выше меня» [из исходного текста]. Восемь слов, которые сказали больше, чем все официальные заявления. Содержание Акт первый: 45 миллионов на 126 семей и 190 пострадавших 21 марта губернатор Новосибирской области Андрей Травников отчитался в Telegram: 126 семей получили 45 219 613 рублей . В эту сумму вошли компенсации за изъятый скот и выплаты