Алексей Поздняков

Эксперты бьют тревогу: «Массовое уничтожение скота во многом стало следствием развала ветеринарной службы страны». Ситуация вокруг ликвидации животных порождает массу вопросов: от сомнительных диагнозов до мизерных компенсаций, от препон для журналистов до откровенного игнорирования интересов людей. События, связанные с изъятием и уничтожением животных в российских деревнях, в ряде регионов зловеще напомнили тяжкие дни пандемии COVID-19. Как и в начале 2020-х, чиновники действовали с запозданием, не удосуживаясь дать внятных объяснений. Официальная информация тонула в море слухов, а любые попытки СМИ пролить свет на происходящее жестко пресекались. И даже больше — некоторым при появлении на подворьях сельчан ОМОНА слышалось: «Бабка! Курка! Яйко, млеко!»... Почему же борьба с эпизоотиями в отдельных населенных пунктах обернулась настоящим «коровьим геноцидом»? Можно ли было найти другие пути, сосредоточившись на лечении, а не на тотальной ликвидации? И как властям удалось так безраздель