Вот такая Я РАЯ

– Соли мало. И пережарила опять, корка жесткая. Ты же знаешь, у меня изжога от такого. Женщина замерла у плиты с полотенцем в руках. На сковородке шкварчали румяные котлеты, источая аромат чеснока и специй, но аппетит пропал окончательно. Она медленно повернула голову и посмотрела на мужчину, сидящего за кухонным столом. Виктор методично ковырял вилкой в тарелке, отделяя поджаристую корочку от мясной серединки. На нем была идеально выглаженная домашняя рубашка. Никаких вытянутых треников, только аккуратные брюки. Он всегда требовал идеального порядка, как в одежде, так и в еде. – Витя, я готовила по тому же рецепту, что и всегда, – тихо ответила Нина, вытирая руки. – Фарш свежий, на рынке утром брала. – Значит, на рынке обманули, – безапелляционно заявил муж, отодвигая тарелку на край стола. – Или ты отвлеклась на свои сериалы и передержала. Завари мне чай. Только не этот из пакетиков, а нормальный, листовой. И заварник кипятком обдай сначала, как я учил. Нина молча взяла чайник. Вода

21 июня 1941 года, за день до немецкого вторжения, финский флот уже минировал Финский залив. Пока Гитлер готовился к объявлению войны, его союзник действовал. Финляндия тогда мечтала о реванше. В 1940 году после Зимней войны пришлось отдать СССР Карелию и признать поражение. Обида жгла. Когда Гитлер пообещал Маннергейму не просто вернуть утраченное, а дать всю Карелию и Русский Север, финский главнокомандующий загорелся. «Если сил хватит, можете идти дальше на восток», — намекнул фюрер. «Великая Финляндия» от Балтики до Урала. Проект веками жил в головах финских политиков. И вот он казался таким близким. 26 июня 1941 года Финляндия официально объявила войну СССР. Началась война-продолжение, как её называли в Хельсинки. Война за мечту. Только мечта зависела от чужого успеха. От германских танков под Москвой, от немецких дивизий на Волге. А там дела шли не по плану. Сталинград стал первым звонком. Умные в Хельсинки услышали набат. Глупые поняли только в 1944-м, когда Красная армия погнал