Наталья Попова(Чижова)

Раньше в каждой семье было негласное правило: что бы ни случилось — заначка должна быть. В книжке за стеклом, в конверте под скатертью, в жестяной банке на антресолях. Бабушки откладывали с пенсии. Мамы — с зарплаты. Даже если по чуть-чуть, даже если по пятьсот рублей — но что-то лежало. На всякий случай. На чёрный день. На «мало ли что». А теперь спросите себя честно: есть ли у вас сейчас эта заначка? И если спросите своих детей и внуков — ответ, скорее всего, будет одинаковый: нет. Нету. До зарплаты бы дотянуть. И самое тревожное — это перестало удивлять. Жить без единого отложенного рубля стало настолько обычным, что люди даже не чувствуют в этом проблемы. Пока проблема не стукнет в дверь. Цифры — неутешительные. По данным различных социологических опросов последних лет, от 50 до 60% россиян не имеют накоплений, которых хватило бы хотя бы на два-три месяца без доходов. А около трети не имеют вообще никаких сбережений — ни на вкладе, ни дома, ни в конверте. Причём это — не только мол

Раньше в каждой семье было негласное правило: что бы ни случилось — заначка должна быть. В книжке за стеклом, в конверте под скатертью, в жестяной банке на антресолях. Бабушки откладывали с пенсии. Мамы — с зарплаты. Даже если по чуть-чуть, даже если по пятьсот рублей — но что-то лежало. На всякий случай. На чёрный день. На «мало ли что». А теперь спросите себя честно: есть ли у вас сейчас эта заначка? И если спросите своих детей и внуков — ответ, скорее всего, будет одинаковый: нет. Нету. До зарплаты бы дотянуть. И самое тревожное — это перестало удивлять. Жить без единого отложенного рубля стало настолько обычным, что люди даже не чувствуют в этом проблемы. Пока проблема не стукнет в дверь. Цифры — неутешительные. По данным различных социологических опросов последних лет, от 50 до 60% россиян не имеют накоплений, которых хватило бы хотя бы на два-три месяца без доходов. А около трети не имеют вообще никаких сбережений — ни на вкладе, ни дома, ни в конверте. Причём это — не только мол