Лариcа Степина (Васильева)

За сутки с момента потрясающе эффективной операции США по обеспечению своих интересов (так, как они их сами понимают) в Венесуэле, российские комментаторы понаписали массу всего эмоционального и разношерстного. Они сравнивают трехчасовой блицкриг американцев с четырехлетней операцией русских, постоянно вороша раны на национальной гордости. Государственно-официозные СМИ и блогеры, с утра цитировавшие фантасмагорические заявления российского МИДа, который, судя по всему, еще не вернулся из сказочной страны Деда Мороза, а потому проявлявший признаки неадекватности, к вечеру перестали это делать. Они поняли, что на Смоленской опять пропустили самое важное и пока не решили, какими карандашами пользоваться – красные все сточились. Словом, все поняли, что произошло что-то очень важное, такое, что можно сделать начальной точкой нового геополитического летоисчисления, ведь после операции в Венесуэле мир точно будет совсем другим, и с этим надо будет как-то уживаться. Во всяком случае, менять р

Представьте: село Анюйск в Якутии. На улице минус 50. До ближайшего города — сотни километров по зимнику. В единственном магазине на улице — полки с хлебом, макаронами, сгущёнкой и керосином. Хозяин — Иван Петрович, бывший геолог, ныне предприниматель на УСН. Его выручка за год — 24 миллиона рублей. Вроде бы «богач». Но это — выручка, а не прибыль. Каждый ящик гречки обходится вдвое дороже, чем в Краснодаре: плати за перевозку на вертолёте, плати за дизель, плати за то, что склад промерзает каждую ночь. А теперь представьте: с 1 января 2026 года Иван Петрович обязан платить НДС. Потому что его выручка — выше 20 млн. А в 2028-м — выше 10 млн. Он не сможет работать. Он закроет магазин. А вместе с ним исчезнет и последний источник продовольствия для 300 человек. И таких Иванов Петровичей — десятки тысяч. От Мурманска до Чукотки, от Томска до Новосибирска. Они не кричали. Они не жаловались. Они годами терпели. Но теперь — они говорят. И говорят не как оппозиция. А как лояльные граждане.

Как в Брянской области система закрывает глаза на преступления в белых халатах Это не вымысел. Это хроника одного беззакония, которое стало возможным благодаря сращиванию медицины, правоохранительных и судебных органов Брянской области в единый механизм, работающий против собственных граждан. Всё начинается с доверия. Пожилой человек, ветеран, всю жизнь проработавший на благо страны, обращается за медицинской помощью в государственное учреждение — Брянскую областную больницу. Он верит, что здесь ему помогут. Но вместо помощи он сталкивается с халатностью, а затем и с откровенным произволом. После неудачно проведенной процедуры ФГДС, когда здоровье пациента оказывается подорвано, он совершает единственное, что может сделать гражданин в правовом государстве, — пишет жалобу. Этот документ становится его смертным приговором. В дело вступает врач, чьё имя становится символом безнаказанности — Фильченков. По версии пострадавшей стороны, его задача — не лечить, а заставить жалобщи

Успокаивающие цифры и суровая реальность вступили в противоречие. Менее одного процента украинских дронов долетают до целей. Правда, если система ПВО столь эффективна, почему как минимум два десятка нефтеперерабатывающих заводов по всей стране несут ущерб, а граждане сталкиваются с дефицитом топлива? Оказывается, за одним процентом успеха могут скрываться сто процентов проблем. ИЛЬЯ ГОЛОВНЁВ Украинские дроны всё же долетают до русских НПЗ и наносят урон, с ноткой сдержанного раздражения признал бывший министр обороны, секретарь Совбеза Сергей Шойгу. Но, по его словам, паниковать не стоит: дефицита топлива или срыва отопительного сезона не будет. Серьёзного урона или вклада в дестабилизацию обстановки в стране с топливом, с уборочной кампанией, отопительным сезоном они не несут и не могут нести, - жёстко отрезал Шойгу на совещании по защите критической инфраструктуры в Приволжском федеральном округе. Он подчеркнул: нефтегазовые компании бросают все силы на защиту объектов, а повреждения

Снова благостная картинка из министерства просвещения. Снова гладкие, ни о чем не говорящие цифры, призванные создать видимость благополучия. На этот раз министр Сергей Кравцов с трибуны заявил, что «уровень трудоустройства выпускников педагогических вузов в России составляет 70%». Цифра, на первый взгляд, внушительная. Но давайте не будем, как призывают в том же министерстве, «брать на веру», а включим элементарную логику и посмотрим, что скрывается за этим лакированным фасадом. Господин Кравцов сознательно использует размытую и двусмысленную формулировку — «трудоустройство выпускников». Он не говорит: «70% пришли работать в школы и детские сады». Он говорит именно о «трудоустройстве» в целом. А это — колоссальная разница. В эту статистику, которую с пафосом озвучивает министр, входят абсолютно все: Выпускник-программист, который ушел в IT и никогда не видел класса. Выпускник-менеджер, который торгует в «М.Видео». Выпускник-курьер, который развозит еду из «Яндекс.Еды». Выпускник-коп