Евгений Выскубин

Среди заброшенных и затерянных посёлков Урала тянется самая длинная узкоколейная железная дорога России. Она проходит там, где нет обычных дорог, и куда не добраться на машине. Я отправлюсь на самодельной дрезине по этой железной дороге, чтобы встретить последних жителей этих мест. Мы провели тут 10 дней в полном отрыве от цивилизации без электричества и связи, чтобы погрузиться в незабываемый мир, где человек лишь гость, а правила диктует тайга. Приятного чтения! Наш путь из Москвы лежал в город Алапаевск, что на Урале. Поездка была спонтанной, поэтому самым оптимальным вариантом было поехать на Ниве. Тем более, количество вещей у нас было просто огромное. Нам предстояло преодолеть почти 2.000 км дороги. Чтобы не сойти с ума и просто не заснуть, мы менялись за рулём каждые 5 часов. Наша цель в этот раз - посетить деревни, в которых не удалось побывать в прошлой поездке. Это Строкинка и Муратково, и ещё несколько других деревень, которых на карте уже нет. Добираться в этот раз мы буде

Осенью 2024-го страна вдруг дружно вспомнила, что у бюджетных денег есть цена. Поводом стал концерт Шамана в Оренбурге: за один-единственный вечер певцу, по данным контракта, перечислили больше 16 миллионов рублей. Сумма уровня «отремонтировать школу» или «запустить серьёзный соцпроект», а не «спеть пару патриотических хитов под салют». История мгновенно стала народным сериалом: в соцсетях подсчитывали, сколько «скорых» и учебников можно было бы купить на тот же гонорар, а в комментариях вслух спрашивали, почему один вечер развлечений оценивается так же, как год жизни целого посёлка. На волне возмущения депутаты оперативно придумали простое решение: ввести потолок расходов — не больше миллиона за выступление. Красиво звучит, но раздражение людей связано не с тем, кому именно платят, а с тем, как распоряжаются их деньгами. Быстро выяснилось, что Оренбург — не исключение, а скорее часть общероссийской традиции. В Магнитогорске тому же Шаману за участие в городском юбилее по контракту пол