Алексей Скиба

30 лет в землянке на берегу Вилюя, морозы под -70° и верный пёс-спаситель: как выживал в тайге самый стойкий отшельник Якутии Тимофей Меньшиков Цикл «Отшельники Сибири» на нашем портале исследует не просто географию уединения, а его причины. Мы видели, как тайга становится тюрьмой для беглеца от закона Николая Громова, местом для созидательного труда Джастаса Уолкера, тёмной сектой для утописта Виктора Антипина и даже трамплином для амбициозного Оджана Наумкина, бунтующего против философии своих родителей-затворников. Сегодняшняя история – о стене длиною в 30 лет, которую возвела вокруг человека не система, а сама жизнь. И о том, как её смог пробить случайный клик в интернете. В 1993 году, после гибели родителей и череды жизненных ударов, Тимофей Меньшиков ушёл в якутскую тайгу. 30 лет он выживал в землянке на берегу Вилюя, борясь с морозами до -67°C. Его историю случайно снял блогер – и видео нашло тех, кто искал «пропавшего брата» десятилетиями… Тимофей после рыбалки. Фото из личн

Я не езжу к родственникам уже три года, и всё из-за одной фразы, которую сказал дядя Коля, когда мы поминали маму. Иногда мне кажется, что я слишком чувствительная, что надо было просто проглотить обиду и продолжать видеться с родней. Но я не могу. Потому что эта фраза открыла мне правду, от которой нельзя закрыть глаза. Мама ушла в прошлом году, в октябре, когда деревья горели золотом, а воздух пах сыростью и гнилью. Она болела долго, и мы все знали, что конец близок, но всё равно когда это случилось, я почувствовала, что земля ушла из-под ног. Я была единственной дочерью, и на мне лежало всё: похороны, поминки, соблюдение всех обрядов. Брат Серёжа помогал, но он живёт в другом городе, у него своя жизнь, своя работа, и ему приходилось ездить туда-сюда. А я была рядом все последние месяцы, я сидела у маминой кровати, держала её холодеющую руку и слушала, как она повторяла одни и те же истории о моём детстве. Мы не были идеальной семьёй. Мама всегда любила Серёжу больше, чем меня. Это н