Клара Серкпаева

Реальная история, случившаяся в ночь с 22 на 23 апреля 2006 года в деревне Заозерье, Тверская область Анне было девятнадцать, когда она перестала верить в приметы. В детстве бабушка закармливала её страшилками: не свисти в доме — денег не будет, не оставляй нож на столе — беду накличешь, не передавай через порог — поссоришься. К шестнадцати годам Аня поняла, что бабушкины сказки — просто способ держать внучку в узде. Ножи лежали на столе сколько угодно, Аня свистела любимые песни «Короля и Шута», перешагивала через порог с ведром и без — и ничего не случалось. Мир оказался скучно рациональным, без чертовщины и тайн. Она даже диплом по этнографии писала — о том, как народные суеверия формируют поведенческие паттерны. Научный руководитель хвалил: «Вы, Анна, редкий трезвый взгляд на вещи». Аня улыбалась и думала: если бы бабушка была жива, она бы назвала этот трезвый взгляд гордыней. В ту Пасху Аня приехала в Заозерье одна. Мать осталась в городе — давление скакануло, врачи велели лежать.

Ставропольский край, Черкесск, апрель 1977 года. Обычный колхозный рынок. К продавцу-адыгейцу подходит солидный мужчина с портфелем и просит разменять две новенькие двадцатипятирублевые купюры. Продавец, как и все торговцы в регионе, был предупрежден милицией: обращать внимание на тех, кто сбывает «четвертные» и «полтинники». Он подал условный знак постовому. Мужчину задержали. Его документы были в идеальном порядке: Виктор Иванович Баранов, 35 лет, житель Ставрополя, бывший водитель. Но когда в отделении открыли его портфель, у дежурного следователя перехватило дыхание. Внутри лежали 77 абсолютно новых 25-рублевых купюр. На общую сумму почти в две тысячи рублей. — Кто вы такой? — спросил следователь, предполагая, что поймал курьера крупной международной банды. — Я фальшивомонетчик, — спокойно ответил мужчина с портфелем. Так закончилась 12-летняя игра в кошки-мышки между гениальным одиночкой и всей правоохранительной машиной Советского Союза. К 1977 году КГБ и МВД находились в со

— «Убирайся, это не мой ребенок!» — орал муж. Лицо Максима пошло красными пятнами, он тяжело и часто дышал. В тесном коридоре резко пахло его одеколоном и крепкими напитками. Таисия инстинктивно прижала к себе объемный розовый конверт. От громких звуков новорожденная Ева сморщила красное личико и зашлась тонким плачем. — Максим, ты в своем уме? Какой тест? — у Таисии задрожал подбородок. — Мы только вчера выписались. Я из палаты никуда не выходила! — Самый обычный! — он с силой пнул сумку так, что она отлетела к входной двери. — Мать съездила в лабораторию. Совпадение нулевое. Ты реально думала, я буду чужой приплод на своей шее тянуть? Он резко шагнул вперед и с силой толкнул Таисию в плечо. От неожиданности она пошатнулась на скользком кафеле и не удержалась — сильно приложилась о дверной косяк. В ушах мгновенно зазвенело. — Квартира моя, до брака куплена. Чтобы через минуту духу твоего здесь не было, — процедил он, открывая входную дверь. В лицо ударил сквозняк из подъезда. Таисия