юлия ромадова

Ночь с 31 декабря 1925 на 1 января 1926 года. Водитель ОГПУ Павел Снегирёв вёз бригаду к участку 17 Ваганьковского, где накануне похоронили Есенина - свежезакопанная могила не успела замёрзнуть. Около трёх ночи подъехала вторая машина, и Снегирёву приказали уезжать, так что куда увезли гроб поэта, шофёр не узнал. Шесть десятилетий он молчал, пока в конце 1980-х не рассказал экскурсоводу Маргарите Алхимовой. Прощание в Доме печати 31 декабря затянулось на всю ночь: несколько тысяч москвичей пришли проститься. Священники согласились на отпевание, хотя по канонам суицидентов не отпевают - церковь сомневалась в официальной версии. Лицо в гробу напоминало "нарумяненную куклу", как запомнила писательница Галина Серебрякова - грим скрывал травмы. Живописец Василий Сварог, зарисовывавший поэта в "Англетере", видел вмятину на лбу и глубокую рану над переносицей, а Николай Браун, выносивший тело, заметил, что шея не держала голову - позвонки были сломаны. В 1955-м на Ваганьковском хоронили ма

«1925 год был необыкновенно богат на самоубийства» – эти слова Николая Сванидзе красноречиво рисуют картину эпохи, предваряющей трагический финал жизни Сергея Есенина. Прощание с жизнью стало своеобразным лейтмотивом его поэзии в 1925 году. Николай Ромадин. Портрет Сергея Есенина. 1984 / Николай Михайлович Ромадин (1903-1987) часто бывал на родине Есенина и как великолепный пейзажист он посвятил этим местам множество своих произведений Последний год Сергея Александровича Есенина (1895-1925), наполненный бурными событиями, творческими порывами и внутренними терзаниями, оборвался в гостинице «Англетер» 28 декабря 1925 года. Последнее стихотворение «До свиданья, друг мой, до свиданья...», написанное, по свидетельству Вольфа Эрлиха, кровью из-за отсутствия чернил, до сих пор вызывает споры. Сергей Есенин До свиданья, друг мой, до свиданья… До свиданья, друг мой, до свиданья. Милый мой, ты у меня в груди. Предназначенное расставанье Обещает встречу впереди. До свиданья, друг мой, без руки,