Ванька Чумаков

31 июля 1914 года, в пригороде Парижа под названием Курбевуа, в семье испанских эмигрантов родился мальчик, чья судьба навсегда изменила лицо французской комедии. Луи Жермен Давид де Фюнес де Галарса - имя, будто бы сошедшее со страниц средневекового эпического романа. Но маленький и смешной человечек, носивший его, смог превратить укороченный вариант своего имени - Луи де Фюнес, в абсолютный синоним всего абсурдного, гневного, хрупкого и неотразимо смешного в человеческой природе. С самого маленького возраста Луи отличался от сверстников. Его внешность была крайне далека от канонов театральных сцен - низкий рост, вечно взъерошенные брови, пылающие глаза, подвижные губы, способные изобразить и ярость, и ужас, и детский восторг за секунду. Но именно эта неидеальная внешность дала идеальное сочетание качеств, позволивших превратиться в настоящий феномен комедии. Это ведь очень редкий и штучный дар, когда человек не произнося ни слова мог заставить зал смеяться до слёз или замереть в тр

31 июля 1914 года, в пригороде Парижа под названием Курбевуа, в семье испанских эмигрантов родился мальчик, чья судьба навсегда изменила лицо французской комедии. Луи Жермен Давид де Фюнес де Галарса - имя, будто бы сошедшее со страниц средневекового эпического романа. Но маленький и смешной человечек, носивший его, смог превратить укороченный вариант своего имени - Луи де Фюнес, в абсолютный синоним всего абсурдного, гневного, хрупкого и неотразимо смешного в человеческой природе. С самого маленького возраста Луи отличался от сверстников. Его внешность была крайне далека от канонов театральных сцен - низкий рост, вечно взъерошенные брови, пылающие глаза, подвижные губы, способные изобразить и ярость, и ужас, и детский восторг за секунду. Но именно эта неидеальная внешность дала идеальное сочетание качеств, позволивших превратиться в настоящий феномен комедии. Это ведь очень редкий и штучный дар, когда человек не произнося ни слова мог заставить зал смеяться до слёз или замереть в тр