Вера Панченко (Горохова)

Он мог голыми руками согнуть подкову. Он держал на плечах крышу разбитого вагона, пока его семья выбиралась из-под обломков. А ещё — он был, пожалуй, единственным русским императором, которого жена называла просто «мой Саша». И при этом о нём почти не говорят на уроках истории. Странно, правда? Александр Александрович никогда не должен был стать императором. Он родился 26 февраля 1845 года вторым сыном Александра II. Престол предназначался его старшему брату — цесаревичу Николаю. Красивому, блестяще образованному, обожаемому двором. А Александр? Его считали «медведем». Огромный — около 193 сантиметров ростом — широкоплечий, немногословный. На фоне изящного старшего брата он казался неотёсанным. Отец относился к нему с прохладцей, полагая, что второму сыну хватит и военной карьеры. К управлению государством его толком не готовили. Но судьба распорядилась иначе. В апреле 1865 года цесаревич Николай скончался в Ницце от туберкулёзного менингита. Ему был 21 год. Александр, которому едва ис

Человеческий язык — «неловкость для эволюционной теории». Действительно, почему из миллионов видов только мы обрели дар речи, хотя прекрасно выживать можно и без грамматики? Эволюция не торопится, и вопрос «кто победил?» лучше не ставить — варианты ответов малоприятны: вирусы или насекомые, которые вполне переживут человечество вместе со всей его культурой, от галереи Уффици до музыки Моцарта. Что же тогда делает нас людьми? Генетики ищут ответ в ДНК: обнаружены участки, где изменения между человеком и шимпанзе происходили в семьдесят раз быстрее обычного. Особенно интересен ген HAR1, работающий в мозге плода именно тогда, когда формируются эволюционно новые слои коры, отличающие наш мозг от мозга других приматов. Но, как подчёркивает Черниговская в своей книге «Мозг, язык и сознание. Чеширская улыбка кота Шрёдингера»фы, не стоит обольщаться идеей найти единственный «ген разума» — претендентов на эту роль не меньше десяти. К тому же выясняется, что сами когнитивные процессы влияют на г