NINA ЛИХАНОВА

Глупость – вещь хитрая. Она редко приходит в чистом виде: обычно прячется за бравадой, за нарочитой смелостью, за громкими словами или кривым смехом. Но стоит человеку чуть расслабиться – и всё становится ясно. Именно поэтому в народе так любят пословицы и короткие мудрые фразы: они за секунду описывают то, что не вместить в длинные трактаты. Внешность – зеркало ума? О человеке часто судят «по одежке». И это не только о костюме или платье, а о том, как он себя подаёт. Есть разница между внутренней смелостью и показной вычурностью. Встретишь иногда на улице кого-то в кричащем наряде – весь в блестках, с громкой татуировкой через шею, с кроссовками, светящимися как новогодняя гирлянда. И сразу чувствуется: здесь не про стиль, а про крик «заметьте меня любой ценой». Чем нелепее такие попытки выделиться, тем яснее, что за ними стоит пустота. Умный человек умеет быть смелым в одежде, но никогда не станет смешным. Он может надеть яркий шарф или необычное кольцо, но это будет уместно, органич

Слова великого китайского философа Сюньцзы о том, как человек становится тем, кем он себя делает. Иногда достаточно одной фразы, чтобы что-то внутри встало на место. Без мотивационных фанфар, без сладкой лжи про "всё будет легко". Просто прямые мысли о выборе, страхе, ошибках, людях и ответственности за собственную жизнь. Большая часть этих идей приписывается Сюньцзы - древнекитайскому философу, жившему больше двух тысяч лет назад. Он не верил в врождённую святость человека, не утешал иллюзиями и считал, что характер создается дисциплиной, разумом и личным усилием. Жёстко, трезво и без попыток понравиться. Здесь нет волшебных рецептов. Зато есть честные слова... То, что начато в гневе, заканчивается стыдом. Найди, за что ты готов умереть, и начни ради этого жить. Ничто не показывает характер человека лучше, чем то, над чем он смеётся. Раб тот, кто не может говорить то, что думает. Человек может терпеть неудачи много раз, но он становится неудачником лишь тогда, когда начинает винить др

Этот разговор редко начинается громко. Чаще он приходит тихо – в паузах между делами, в вечерней тишине, когда телефон так и не загорелся входящим сообщением. В какой-то момент человек, чаще уже не молодой, ловит себя на простой, почти неловкой мысли: со мной будто бы перестали считаться. Не скандалят, не ругают – просто не замечают. А за этим почти всегда следует более болезненный вопрос: почему меня не уважают собственные дети? С этим сталкиваются не только «сложные» родители. Его задают и матери, которые жили без выходных, без права на усталость, без слова «для себя». И отцы, которые десятилетиями измеряли жизнь сменами и авансами, лишь бы ребёнку было легче стартовать. И пожилые люди, у которых внуки уверенно ориентируются в смартфонах, но почему-то не находят нескольких минут, чтобы написать: «Как ты?» Первое объяснение кажется удобным и почти утешительным: время испортилось, люди стали другими, все вокруг холодные и занятые. Раньше, мол, уважали старших, слушали, вставали при в