Англиковская Оксана

На этом корабле даже стены дышали роскошью. Позолота, хрусталь, живые цветы, витражное остекление - всё сверкало, превращая главный ресторан Титаника в огромную шкатулку, внутри которой пассажиры напоминали россыпь драгоценностей на бархатной подушечке. Леди Анна Винчестер, затянутая в корсет так туго, что каждый вдох напоминал ей о бренности бытия, теребила нить жемчуга на шее и объясняла миссис Эбботс, что доктора настоятельно рекомендуют для укрепления здоровья есть на завтрак апельсины. Мистер Эбботс, устав сражаться с вечно выпадающим моноклем, положил его на стол рядом со своей тарелкой супа консоме. Его пальцы, пухлые и розоватые, сжимали сигару, которой он только что ткнул в газетный лист: - Вы видите этот скачок акций Пенсильванской Железнодорожной Компании? Я же говорил, что так и будет! - его голос дрожал от торжества. Мистер Винчестер задумчиво кивал ему, украдкой поглядывая на карманные часы. Он думал о горничной Эмили, которую им пришлось оставить в Лондоне, а латунные ст

Искусство — всегда работа над собой. Настоящая, искренняя живопись немыслима без внутренних переживаний и последующей трансформации личности. По мере увеличения красочного слоя душа творца неминуемо истончается. Восстановить душевные силы — дело времени. Спрогнозировать же качественные изменения внутреннего мира художника — задача нереальная. Ян Викторс, Артюр Рембо, Дорин Флетчер, Бела Тарр и тысячи иных талантливых творцов в какой-то момент решили, что сказали всё. Кому-то из них позже довелось вернуться в мир искусства, но уже совсем другими личностями. Носителями совсем других идей и умонастроений. А вот Илья Ефимович Репин не сумел уйти вовремя. К середине 1890-х он драматически переродился в поклонника формы в ущерб содержанию. Выставки французских импрессионистов ругал «домами умалишённых». Василий Перов, Павел Федотов, Василий Верещагин (а заодно и Николай Гоголь) получили от него звание «варваров». А русская школа живописи — титул «отсталой»... Ранние работы Уильяма Тёрнера —