Людмила Камилова

Я была в Узбекистане несколько раз, довольно много рассказывала об этой стране и каждый раз когда читаю комментарии, удивляюсь одному и тому же. Насколько много заблуждений и ошибочных суждений у тех, кто там не был. Да и многие статьи в интернете тоже не особо близки к реальности. Так что решила собрать самые распространенные заблуждения. Если что, рассказываю только о том, что видела сама, потому что мифов об этой стране слишком много. Разберем по порядку. Самое болезненное заблуждение. И самое несправедливое. И для меня странное, если честно. Да, к любой статье про Узбекистан в комментариях упоминают про 90-е и про то, что многим пришлом оттуда уехать. Но ведь это было тридцать лет назад! А что сейчас? Сейчас таксист в Самарканде полчаса рассказывает, как любит советские фильмы. Пожилая тетя на старых улочках Хивы расспрашивает про жизнь в Москве и зовет на чай. Хозяин ресторанчика в Бухаре узнает, что мы русские, и приносит дополнительные угощения просто так. Никто не смотрит к

— Вам помочь? — спросила Жанна, заметив пожилого мужчину с окровавленной ногой на скамейке в парке. Он закатал штанину до колена и пытался попасть ниткой в иголку, которой, видимо, собирался провести операцию в полевых условиях. — Нет-нет, спасибо, я сам, — улыбнулся белыми губами дядя и продолжил целиться. Жанна снова взглянула на ногу. Кровь стремительно покидала тело мужчины, как вишневый сок — пробитую упаковку. Еще немного, и этот самостоятельный хирург вытечет полностью, а затем отправится из парка прямиком на высший суд, о чем Жанна и сообщила незнакомцу. — Ничего страшного. Мне доводилось бывать на судах, — сказал невозмутимо мужчина. — Это другой, там у вас адвоката не будет, — напомнила Жанна, а сама тем временем уже разблокировала телефон и набрала номер неотложки. — Адвокат мне не нужен, я сам справлюсь, не беспокойтесь. — Алло, скорая, тут в парке Пушкина мужчина кровью истекает, скоро потеряет сознание. Сидит прямо напротив памятника. Как зовут?.. Как вас зовут? — Переста

Щенок сидел у обочины третий день. Маленький, рыжий, с висячими ушами и грязными лапами. Он не отходил от этого места ни на шаг. Только иногда вставал, делал несколько шагов к дороге, принюхивался и возвращался обратно. Садился и снова ждал. Люди проходили мимо. Кто-то бросал быстрый взгляд, кто-то вообще не замечал. Одна женщина остановилась, достала из сумки булку, бросила щенку. Он понюхал, но есть не стал. Женщина пожала плечами и пошла дальше. Щенок ждал маму. Он не понимал, что её больше нет. Не понимал, что та большая рыжая собака, которая три дня назад выбежала на дорогу и попала под колёса грузовика, больше никогда не вернётся. Он просто знал: мама всегда возвращалась. Когда уходила искать еду, когда бегала к помойкам за домами, когда отгоняла чужих собак. Она всегда возвращалась. Значит, вернётся и сейчас. Он ждал. Машины проезжали мимо, поднимая пыль. Щенок зажмуривался, прижимал уши, но не уходил. Это было их место. Здесь мама оставила его в последний раз, сказав тихим рыча

Алишер Усманов — один из самых ярких и противоречивых предпринимателей постсоветского пространства: человек, который прошёл путь от узбекского городка Чуст до глобальных сделок в металлах, телекомах и IT, а параллельно выстроил одну из крупнейших частных систем благотворительности в мире. Алишер Бурханович родился 9 сентября 1953 года в древнем узбекском городке Чуст в семье прокурорского работника и учительницы русского языка. Отец, Бурхан Усманов, занимал должность прокурора Ташкента, мать, Дильбар, преподавала русский язык и литературу — семья жила в достатке, но без излишеств и с довольно строгим воспитанием. Он был старшим из четырёх детей, и это автоматически означало повышенную планку требований: ответственность, дисциплина, обязательства перед младшими. В школе учился легко, успеваемость была высокой, и родители с самого начала видели в нём будущего дипломата или юриста. Спорт в его жизни появился как «обходной путь»: из‑за слабого зрения его не взяли в футбольную секцию, снача