ольга широкова

Марина давно перестала считать годы. Она считала дни. И каждое утро знала — как оно начнётся, так и закончится. Сергей просыпался с похмелья и кричал на неё уже в подъезде. — Где деньги? — спрашивал он, сжимая кулаки. — На что? — тихо отвечала она, пытаясь спрятать дрожь. — На водку, конечно! Ты что, забыла?! Если не было бутылки на столе, раздавались удары. Ладони, кулаки, иногда — подручные предметы. Марина каждый раз чувствовала, как сердце замирает, когда он поднимал руку. Дети прятались за спинами, дрожали. Девочки прижимались друг к другу, сын пытался закрыть сестёр собой, но сам боялся. — Мам, пожалуйста… — шептал он. — Не покупай ему. Марина кивала, понимала: если не купит — будет хуже. И каждый день платит не только за спиртное, но за жизнь своих детей. Она работала на двух работах: утром — в магазине, вечером — уборка в соседнем доме. Дома приходилось кормить детей, успокаивать их, лечить ушибы и синяки — но главное было одно: сделать так, чтобы Сергей хоть раз не сорвался.