ЮРИЙ ГРИДИН

У нас с Таро есть приятели - его коллега (назовем его М-сан) с красавицей-женой, которые любят приходить к нам на борщ, пироги с капустой и другие блюда русской кухни. Что интересно, с этой семьей мы знакомы уже много лет, они часто сами напрашиваются к нам в гости, но нас никогда не приглашают посетить их дом с ответным визитом. Почему? Таро объяснил мне так: - Жена М-сан, по его словам, очень уж не любит убираться и готовить. У них дома даже горячего риса в рисоварке нет - только хлеб и булочки. Да, помню как за столом мужчина, смеясь, рассказывал, что всегда после работы заходит в магазин за готовыми ужинами, а в выходные у него по плану уборка. Жена-домохозяка целый день занята: она смотрит сериалы или проводит время в разных кружках и секциях. Но не только эта семья не может позвать гостей в дом. Среди моих приятельниц есть те, кто признается, что им пригласить кого-то к себе - "абсолютно невозможно", потому что у них "мусорный дом" (ゴミ屋敷; gomiyashiki). "Мусорный дом" - что же это

Кино умеет делать одну вещь лучше всего — брать правду и делать из неё красивую ложь. Фильм Фёдора Бондарчука «9 рота» посмотрели миллионы. Финальная сцена въелась в память: горстка измотанных солдат, гибель одного за другим, вертолёты не прилетают. И главный вопрос, который так и повис в воздухе после титров: зачем они там вообще стояли? Зачем держали эту проклятую высоту, если про них забыли? Только вот в реальности про них никто не забывал. И стояли они там не просто так. Ответ на этот вопрос — не героический и не кинематографичный. Ответ — логистика. Декабрь 1987 года. Афганский город Хост находится в полной блокаде. Не театральной, а настоящей — без еды, без боеприпасов для правительственных войск, без связи с остальной страной. После того как советские части в 1986 году покинули этот район, моджахеды под командованием Джалалуддина Хаккани перекрыли все наземные маршруты. Хаккани — это не просто полевой командир. Это человек, которого пакистанская межведомственная разведка ISI ра