Римма Сувейкэ

Осень в тайге — время особенное. Листва уже облетела, но снег ещё не лёг. Звери готовятся к спячке, нагуливают последний жирок, а дороги в этих краях пустеют — редкие лесовозы да охотники на вездеходах. Николай Петрович возвращался с зимовья на своём УАЗике. Охотник он был опытный, тайгу знал как свои пять пальцев. Проверял перед холодами избушки, подновлял, где надо, завозил припасы. Дело привычное, знакомое до каждой кочки. Впереди — километров семьдесят до посёлка, там банька, ужин, тёплая постель. И вдруг он увидел медведя. Тот стоял прямо посередине дороги. Огромный, бурый, с лоснящейся осенней шерстью. Не убегал, не рычал, не вставал на дыбы. Просто стоял и смотрел прямо на машину. Николай притормозил. Сердце ёкнуло — мало ли, зверь дикий, всякое бывает. Медведи в это время года злые, голодные, к людям близко не подходят, а если выходят — жди беды. Но этот стоял и не двигался. Николай посигналил. Медведь дёрнул ухом, но с места не сдвинулся. Только переступил с лапы на лап

Можно ли ходить на кладбище перед пасхой и когда лучше посещать кладбище. Вопрос о посещении кладбищ перед Пасхой вызывает немало споров, однако церковная традиция даёт на него достаточно чёткий ответ: в этот период такие визиты не приветствуются. Дело не в каком‑либо строгом запрете, а в смысле и настроении праздника. Пасха — самое радостное событие в христианском календаре. Верующие празднуют Воскресение Христово, победу жизни над смертью. Грусть и скорбь, неизбежно сопровождающие посещение могил, по тональности не соответствуют духу этих дней. Особенно не принято ходить на кладбище в период с Вербного воскресенья до окончания Светлой седмицы (первой недели после Пасхи). В эти дни Церковь призывает сосредоточиться на евангельских событиях: входе Господа в Иерусалим, Его страданиях, Крестной смерти и, наконец, торжестве Воскресения. Поминальные службы в храмах в это время не совершаются — акцент делается исключительно на радости спасения. Традиция массово ездить на кладбища перед Пасх

Житейские истории Середина 70-х. Деревня Большие Ключи. Алексей, высокий плечистый парень, который только окончил шоферские курсы, с добрыми глазами, провожал девушку Оксану из соседней улицы. Гуляли под луной, целовались у пруда, строили планы. «Отслужу — и сразу свадьба, — говорил он, поглаживая её ладонь. — Ты жди меня, Ксюша. Два года — они быстро пролетят». Она кивала, уткнувшись носом в его грудь: «Конечно, Лёшенька. Никуда я без тебя. Только ты возвращайся». Провожали всей деревней. Оксана плакала навзрыд, махала платочком, пока автобус не скрылся за поворотом. Алексей уезжал с лёгким сердцем — дома ждала любимая, родители, работа в колхозе. Думал, что всё по плану. Служба выпала в Карелии, в автомобильном батальоне. Места суровые: леса, скалы, белые ночи летом и полярная тьма зимой. Леша возил военные грузы и горючее, научился латать старые «Зилы-захары» с закрытыми глазами. Первое время письма от Оксаны приходили часто — конверты в синих полосках, пахнущие духами и чем-то род