георг янещук

Чтобы понять душу донского и запорожского казака, нужно сначала представить себе землю, что их вскормила, землю, носившую грозное и манящее имя — Дикое Поле. Это было не просто место на карте, а целое явление, гигантское, почти безлюдное пространство, раскинувшееся между лесной зоной Московского царства, Великим княжеством Литовским (позже — Речью Посполитой) и хищным миром Крымского ханства и Османской империи. Здесь не было ни законов, ни налогов, ни помещичьей розги; власть и право умещались в рукояти сабли. Была лишь воля, трава по пояс, быстрые реки и постоянная, почти осязаемая угроза, исходящая от летучих татарских отрядов. Именно в этом плавильном котле, где выживал сильнейший, хитрый и отчаянный, и зародилось казачество как уникальный военно-социальный феномен, ответ пограничья на вызовы времени. Донцы обрели свой дом в низовьях Дона, в его извилистых протоках-ериках и бескрайних степных просторах. Река Дон-батюшка стала для них всем: и кормилицей, дарующей тонны рыбы, и главн