Оля Михайлова(Голота)

Черный «Гелендваген» смотрелся на размытой лесовозной колее так же неуместно, как бриллиантовая запонка в тарелке с перловкой. Машину швыряло из стороны в сторону, подвеска, рассчитанная на немецкие автобаны или, на худой конец, на асфальт Рублевки, жалобно скрипела, но упорно ползла вперед. Виктор Алексеевич Громов, владелец заводов, газет и двух угольных разрезов, сидел на заднем сиденье, вцепившись в кожанную ручку над дверью. Его лицо, обычно выражавшее скучающее превосходство, сейчас было серым. И не от тряски. — Долго ещё, Серега? — хрипло спросил он. Водитель, бывший спецназовец с шеей шире головы, виновато глянул в зеркало заднего вида. — Навигатор сдох десять километров назад, Виктор Алексеевич. Местные в райцентре сказали: «До кривой сосны, потом направо, где гать». Сосну вроде проехали. Гать… ну, вот это, наверное, она и есть. Громов выругался. Грязно, не интеллигентно, как ругался когда-то в девяностых, когда на него наставляли ствол в подъезде. — Идея была идиотская, — про