Олег Дутченко

Когда в отделе кадров мне сказали, что место моей первой службы — горный аул в Дагестане, я достал телефон и начал искать его на карте. Точки не было. Была дорога, которая упиралась в сопку, и рядом подпись — «труднодоступная местность». Мне было двадцать три года, я только что окончил юридический в Ставрополе и думал, что знаю про Кавказ достаточно. Горы, лезгинка, шашлык. Оказалось, что я не знал ничего. До аула добирался три с половиной часа от районного центра — последние двадцать километров по грунтовке с такими поворотами, что пассажиры автобуса молчали и смотрели в окно. Как мне показалось, для них это обыденность. А я намертво вцепился в ручку спинки кресла спереди. Аул открылся сразу весь: двести домов из серого камня, террасами на склоне горы, как будто кто-то поставил их аккуратной стопкой. Внизу — река. Сверху — вечные снега на пике. Между ними — жизнь, которой, судя по виду, было несколько сотен лет. Начальник местного отдела — аварец Магомед, лет пятидесяти пяти, с руками