Лидия Иноземцева

Это было в 1990 году. Потом у нас появились дети, и когда они хворали, я прикладывала к ним тот пиджак. В 2002 году я по‑прежнему хранила его — не хотела показывать свою веру другим. Как‑то я была у подруги, и она рассказала: у сына нашей знакомой — аневризма. В 12 лет ему сделали операцию в Праге, трепанировали череп, всё обошлось. Но в 14 лет всё повторилось. Опять нужна операция, семья в шоке. Я думала: чем помочь? Денег у меня нет, физически помочь не могу. Может, хоть как‑то духовно? Я тихо сказала подруге: у меня есть пиджак от отца Гавриила, могу передать его маме мальчика — пусть повезёт в Прагу. Они очень обрадовались, я отдала пиджак. И тут началось чудо. Мальчику сделали томографию — всё плохо. Врач говорит: лучше всего — лазер, хуже всего — опять трепанация. Пиджак привезли, мальчик его надел. Его уже готовили к операции, сделали ещё одну томографию — а на снимке ничего нет. Не то что поменьше стало — совсем ничего! Чешский доктор сказал: это чудо. Ошибиться со снимками нев

Ох, как легко заработать такое проклятье детям! У меня душа бунтует и протестует, когда слышу в соседской квартире родительский мат в адрес детей и безудержный поток чудовищных проклятий. И я сознательно опускаю сейчас чисто моральный аспект ситуации. Меня больше волнует то, как легко отец или мать, а то и оба родителя, не задумываясь, ломают жизни собственным детям. Спросил, знает ли о последствиях проклятий? Говорит, что знает, но не верит в это… Что тут можно сказать? Пусть своё веское слово скажет священник Сергий Ширапов: «Те родители, что словами «посылают» своих детей к дьяволу – «посвящают» их ему. После этого дьявол имеет право на таких детей, он говорит: «Ты послал их мне». По словам благочинного церквей Волоколамского уезда, протоиерея Михаила Николаевича Рождественского, в одной деревне прихода села Середы близ г. Волоколамска в семье родился ребенок. В один из дней супруги поехали в поле, где муж сеял, а жена боронила. По окончании дневного труда возвратились домой. Поужин