Тамара - Сергей Дрейд - Лангольф

Жил у нас на Выселках, у самой кромки векового леса, там, где ели небо подпирают и даже днем сумрачно от хвои, Иван Ильич Захаров. Мужик был кремень. Всю жизнь в лесничестве проработал, каждое дерево в округе знал, каждый овраг, каждую нору лисью, каждую тропу кабанью. Руки у него были огромные, как лопаты, мозолистые, черные от работы и живицы, въевшейся в кожу навечно, а сердце... Сердце, казалось, из того же дуба мореного вытесано - крепкое, надежное, но твердое, негнущееся. Жили они с женой Антониной душа в душу тридцать лет. Красивая была пара, видная. Идешь, бывало, мимо их двора вечером, а они на крыльце сидят. Иван гармонь перебирает тихонько, а Антонина ему подпевает, и так у них ладно выходило, что заслушаешься. Дом у них был - полная чаша: наличники резные, голубые, как глаза Антонины, палисадник во флоксах, в огороде ни травинки сорной, всё по линеечке. Помню, как они сад свой яблоневый сажали. Иван ямки копал, землю черную, жирную ворочал, а Антонина деревца тоненькие держ