Любовь Шоломова (Рязанова)

Иногда судьба стучится в самые неожиданные двери. Например, в комментарии под видео о Дне студента в Мамадышском политехническом колледже мелькнуло знакомое имя — куратор Рустем Салихов. А под ним — ответ, заставивший остановиться: «Я выпускник этого колледжа, а сейчас действующий военнослужащий уже 2,5 года». Так мы познакомились с Кириллом. Вернее, с лейтенантом Кириллом Олеговичем Музловым, позывной «Белый». Ему 22 года. «Не знаю, почему «Белый». Просто захотел», — говорит он о своем позывном. Возможно, в этом есть что-то чистое, ясное, как и в его решении. В 2019-м он окончил Красногорскую школу, поступил на сварщика в местный колледж. Его мастер, Рустем Салихов, вспоминается ему с теплотой: «Хороший куратор, душевный человек, который много раз выручал». Казалось, жизнь идет по плану: диплом, работа, тихие вечера в родном Мамадыше. Но в 2022 году, после колледжа, он ушел на срочную службу в ремонтный батальон в Мурманске, через 3 месяц подал рапорт на контракт. «Я решил это еще пер

Галина Евдокимова — одна из самых стойких женщин нашего времени. Она пережила такое, что большинство из нас сломало бы за несколько месяцев. И всё равно не сломалась. Но обо всём по порядку. Об этом часто забывают: 7 августа 2005 года Галина сидела рядом с Михаилом в том самом «Мерседесе» на трассе Бийск — Барнаул. Машина задела попутную «Тойоту» и вылетела с дороги. Михаил Евдокимов и водитель погибли на месте. Галину с тяжёлыми травмами увезли в барнаульскую реанимацию. «Я лежала почти месяц. Успели поплакать. Естественно, телевизор не смотрела» — вспоминала она позже в интервью. Именно там, не имея сил встать, она узнала то, что изменило всё. Пока Галина лежала между жизнью и смертью, ей рассказали: у Михаила были внебрачные дети. Дочь-подросток и годовалый сын. «Много что говорят, мол я знала. Но я даже не предполагала» — скажет она в документальном фильме Первого канала «Михаил Евдокимов. Всё, что успел», где эту историю открыто рассказали все участники. Долгие годы Евдокимов жи

Она лежала на плоском камне третий день. Солнце поднималось, уходило за хребет, возвращалось снова – а она всё лежала, уткнув морду в передние лапы. Дымчато-серый мех с тёмными розетками сливался с гранитом. Длинный хвост, толстый, как не у всякого зверя, свисал вдоль камня, почти касаясь земли. Она не двигала им. Внизу, в ложбине между валунами, хрустнула ветка. Архар – молодой, годовалый, отбившийся от стада. Он пробирался к ручью, талому и мутному. Она слышала каждый его шаг. Слышала, как он остановился, поводя ноздрями. Слышала, как стукнул копытом о камень. Она не пошевелилась. Впалые бока медленно поднимались и опускались. Рёбра проступали сквозь мех – слишком отчётливо для самки, пережившей не первую зиму. Она умела охотиться. Умела выслеживать. Умела ждать часами, распластавшись на выступе, пока добыча не окажется прямо внизу. Архар напился и ушёл. Она закрыла глаза. *** Звук был слабым – тоньше ветра, глуше капели. Писк. Она подняла голову. Уши развернулись вперёд – треугольны