Татьяна Корнеева-Гуськова

Сегодня вечером во всех православных храмах совершается особенное, очень долгое и молитвенное богослужение – "Мариино стояние". О ценности этого дня напомнил учредитель Царьграда Константин Малофеев. В этот вечер единственный раз в году прочитывается целиком Великий канон Андрея Критского, напомнил Малофеев в своих соцсетях: Перед нами разворачивается панорама всей человеческой истории от Адама до Христа. Ветхозаветные образы перестают быть далёким Священным преданием. В каждом из них мы начинаем узнавать самих себя - свои сомнения, падения и жажду Истины и Света. Главным утешением этой удивительной службы для каждого из нас, кающихся грешников, является Житие Преподобной Марии Египетской: Её судьба - невероятный мост из бездны падения к вершинам святости. На своём примере она доказала, что нет такого жизненного тупика, из которого нельзя выйти, если решиться изменить себя из любви к Господу. Значит, это возможно и для каждого из нас.Бог есть Любовь, и Он любит, прощает и ждёт покаяния

СССР был важной эпохой в истории, и её необходимо воспринимать серьёзно. В советское время не было бедных и богатых, люди чувствовали себя социально защищёнными и равными друг другу. Не было проблемы детских домов и одиноких пожилых людей, каждому хватало еды, и будущее выглядело стабильным и предсказуемым. Страна жила без проблем с мигрантами. Советский Союз воспринимается многими людьми сказкой, когда каждый испытывал простую радость бытия. Граждане знали, зачем живут, и уверенно шли к своим целям. Государство внушало чувство гордости и уверенности, будучи огромной никем непобедимой державой. Кипучая, могучая, Никем непобедимая, Страна моя, Москва моя, Ты — самая любимая! Предательство элит и итог великой эпохи Решение о прекращении существования СССР было принято небольшой группой лиц, без согласия большинства граждан. Референдум, на котором люди высказывались за сохранение союза, проигнорировали. Вместо национальных символов были приняты новые, что вызвало негодование среди насе

Чиновник и по совместительству один из самых богатых жителей Перми предложил отправлять "за ленточку" полицейских, которые отказались работать за гроши. Подробности – в материале "Новороссии". Вот уже несколько лет одной из основных проблем МВД России остаётся нехватка кадров. Только лишь в пермской полиции некомплект составляет 33% (1274 сотрудника). Для понимания: Особенно остро ощущается дефицит в патрульно-постовой и конвойной службах, отметил на заседании Пермской городской думы начальник местного УМВД Вадим Стрижков. Своим видением о том, как утолить кадровый голод, после этого отчёта поделился депутат городской думы Владимир Плотников. Он также является почётным гражданином города и одним из самых богатых его жителей. К повестке он подошёл весьма радикально и предложил… не улучшить условия труда, а отправить недовольных на СВО: Кто увольняется из МВД, ну, они подготовленные. Зарплаты у них маленькие. Значит, мне кажется, надо их первыми [включать – прим. ред.] в списки на СВО пр

Губернатор Гладков жестко высказался про ситуацию в Белгороде в режиме "белого списка". Его поддержал Поддубный. Но все не так просто. Об этом читайте в материале "Новороссии". Прямая линия губернатора Белгородской области Вячеслава Гладкова оказалась неожиданной для многих, включая Москву. Глава приграничного региона, который ежедневно подвергается смертельным атакам ВСУ, публично поддержал народный гнев против ограничений мобильного интернета и Telegram. И зачитал в эфире эмоциональное обращение местного жителя: Кто будет отвечать за смерти людей, которые не смогли получить информацию о дронах из-за отключения мобильного интернета? Головой вообще думали те, кто это сделал? "Белый список" не работает – половина сервисов недоступна. Дроны как летели, так и летят, им это не помеха. РКН судить надо. Оказывается, всплывающие на экране push-уведомления приходят через западные серверы, у которых тысячи постоянно меняющихся адресов по всему миру. Их нельзя просто добавить в "белый список" –

Он взял бумагу, прочитал — и швырнул обратно. — Ты мне объясни сначала: куда он бежал? Вправо? Влево? А вдруг — на врага? Представитель трибунала опешил. Он пришёл за подписью, а не за вопросами. Дело было понятным: новобранец струсил, бежал с позиции, кричал «мама». Классический паникёр. Расстрелять перед строем — и другим наука. Только командующий 6-й гвардейской армией генерал-лейтенант Иван Чистяков думал иначе. Июнь 1943-го. Воронежский фронт. До Курской битвы — меньше месяца. Советские войска зарываются в землю, строят эшелонированную оборону, ждут немецкого удара. Напряжение — как натянутая струна. И в этой обстановке военно-полевой трибунал исправно работает: приговор, подпись, расстрел. Система отлажена. Чистяков в неё не верил. Не потому что был мягкотелым. Генерал прошёл Гражданскую войну, финскую кампанию, с первых дней командовал дивизиями под Москвой. Он знал, что такое дисциплина и что бывает без неё. Но он знал кое-что ещё — то, о чём в приговорах не пишут. Он сам когд