Леонид Старушенко

В Российской империи конца XIX – начала XX века призыв в армию для крестьянского парня был событием, сравнимым со стихийным бедствием. Рекрутчина, даже после реформы 1874 года, заменившей 25-летнюю каторгу на более вменяемые сроки, оставалась страшной лотереей, где главный приз — вернуться домой живым, но не обязательно здоровым. Государству требовались солдаты, живая сила для бесчисленных войн и усмирения окраин. А главным поставщиком этой силы была деревня. Но, как оказалось, поставщик был не слишком надежен. Когда призывные комиссии разворачивали свою деятельность в уездных городах, перед их врачебным взором представала удручающая картина. Из деревень, из курных изб и голодных полей, тянулись вереницы молодых парней, которые, по идее, должны были стать опорой трона и грозой врагов. А на деле — значительная их часть была ходячей иллюстрацией к медицинскому справочнику. Официальные отчеты Военного министерства тех лет — это не бравурные реляции, а скорее история болезни целой нации. К