Константин Орлов

Наталья Денисенко *** Закурил солдат. И дрожащий свет, на секунду озолотивший пальцы — мимолётный искус, тёплый привет из далёкой жизни — скитальцу. . Процедил упрямо: "Ещё споём!" На гражданке мялся, как лук зелёный, а теперь вот кованым стал гвоздём: зачерневший, прямой, калёный. . Он братишке дал отхлебнуть воды, — тот разбитый, контужены оба глаза. Довести бы до точки — жизнь впереди, только "птица" жужжит, зараза... . Улетает. Они по траве гребут, и бегут, как нелепый жучок трёхногий. "Ты держись, брат. Меня Золотой зовут потому, что вытащил многих. . Вот допрыгаем, вот доползём вдвоём, и помчишь, как наследный принц, на "буханке". А чего притих? Мы ещё споём — не в окопе, так на гражданке".

К моменту выхода этой книги Кастанеда уже написал семь томов. Дон Хуан и его партия магов физически исчезли, оставив учеников доживать свою безупречность в одиночестве. Карлос, Ла Горда и остальные провели годы, пытаясь вспомнить то, чему их учили в состояниях повышенного осознания . И вот, наконец, воспоминания начинают складываться в систему. Но систему странную. Это не инструкция по эксплуатации вселенной. Это скорее атлас тех мест, куда слова не долетают. В предисловии дон Хуан делает признание, которое переворачивает всё, что было раньше: Карлос всё это время учился не магии, а умению сохранять энергию. Именно накопленная энергия позволяет воспринимать то, что обычному человеку недоступно. Магия - это не заклинания и не ритуалы. Это просто способность видеть дальше собственного носа. «Незачем кому-то учить нас магии, - говорит дон Хуан, - потому что на самом деле нет ничего такого, чему нужно было бы учиться. Нам только нужен учитель, который смог бы убедить нас, какая огромная си